Шведско-Американское миссионерское общество

Шведско-Американское миссионерское общество
Swedish Baptist missionary
Духовные делатели на Дальнем Востоке.jpg
Фотография "Духовные деятели на Дальнем Востоке", опубликованная в журнале "Благовестник" в 1920 году[1]. В нижнем ряду слева направо: Марта Пейсти с дочерью Мэри, Николай Пейсти, Эрик Олсон, Роберт и Татьяна Фетлер. Стоят (слева направо): Август Пуке, Антон Мартыненко, Андрей Брахман
Общие сведения
Другие названия Шведское миссионерское общество
Дата создания 1919
Дата роспуска 1947
Основоположники Swedish Baptist General Conference of America (англ.)
Вероисповедание
Религия баптизм
Идеология евангелизм
Союзники Дальневосточный союз баптистов
Распространение
Страны  Российская империя
 СССР
 Китай
Регионы Приморский край, Маньчжурия
Управление
Лидеры Эрик Олсон, Август Линдстедт, Роберт Фетлер, Яков Винс
Штаб-квартира Владивосток, Харбин
Информационные ресурсы
Издания Благовестник

Шведско-Американское миссионерское общество (ШАМО) — баптистская миссионерская организация, работавшая в 1919—1947 годах сначала на российском Дальнем Востоке (преимущественно, в Приморском крае), а затем в Китае — среди служащих КВЖД и русскоязычных эмигрантов, осевших там после революции и гражданской войны в России.

Миссия была создана и возглавлялась в 1919—1924 годах шведским пастором Эриком Олсоном, а в 1925—1947 года — шведским пастором Августом Линдстедтом. За исключением Олсона, Линдстедта и их жен, все остальные сотрудники ШАМО были российскими подданными или российскими эмигрантами.

Миссия финансировалась частично Swedish Baptist General Conference of America (англ.) (это небольшой, по американским меркам, союз консервативных баптистских церквей, состоящих в то время, в основном, из шведских эмигрантов в США), частично — частными жертвователями в Америке и Европе, частично — местными ресурсами.


Предпосылки[ | ]

До февральской революции 1917 года Россия была, в основном, закрыта для иностранных евангельских проповедников, которых, в интересах РПЦ, из страны просто высылали. Поэтому после падения монархии появилась возможность проповедовать в России Евангелие, многие заинтересовались такой возможностью. Например, на Первой Генеральной Конференции по евангелизации в России, прошедшей 24 июня 1918 года в Чикаго, звучало:

"Революция в России открыла для Евангелия крупнейшую страну с самым большим населением белых людей в мире. В России 182 миллиона жителей, но не так много евангельских работников в Чикаго. Многие там с нетерпением ждут Евангельской вести. Когда недавно один из лидеров миссии «Дом Евангелия» в Петрограде, сразу после возвращения из Сибири, вышел со своим хором и помощниками на большую площадь, прямо напротив Зимнего дворца, и они провели впервые в истории этого города евангелизацию под открытым небом, то собралось множество людей. После проповеди они обратились к проповеднику и спросили: «Где ты был так долго? Почему ты не рассказал нам об этом раньше?» «Я был в Сибири», — был ответ."[2]

Однако в России началась гражданская война и многие миссионерские общества отказались от идею послать сюда своих работников. Проповедников, готовых заниматься евангелизацией условиях войны, было немного.

Дальневосточный период[ | ]

Обложка одного из номеров издававшегося баптистами во Владивостоке журнала «Благовестник». Июнь 1920 года

Шведский пастор Эрик Валдмар Олсон (Eric Waldmar Olson) решил, несмотря на войну, ехать в Россию. В Русском Библейском институте, созданном Вильгельмом Фетлером в американском городе Филадельфия, Олсон познакомился с пастором Яковом Винсом. Винс был пастором баптистской церкви в Самаре, которого царские власти выслали из страны за проповедь Евангелия. С падением царизма Винс решил вернуться. Винсу удалось заручиться поддержкой американских меннонитов (бывших немцев-колонистов из России, которые в конце XIX века бежали от религиозных преследований в Америку — их было несколько десятков тысяч человек, поселившихся компактно в сельскохозяйственных штатах), а Олсон договорился о поддержке со стороны Swedish Baptist General Conference of America.

16 июня 1919 года Олсон и Винс прибыли во Владивосток. Винс, правда, здесь не задержался. Он хотел вернуться к своей церкви в Самару, однако пробраться в Европейскую Россию через Сибирь, где вовсю шли боевые действия, не представлялось возможным и в августе он остановился в Благовещенска. Местная баптистская община насчитывала 150 человек. В ноябре община единодушно избрала его своим пресвитером.[3]

Что касается Олсона, то он остался во Владивосток, где у местных баптистов дела шли не слишком хорошо, — община насчитывала 30-40 верующих и была плохо организована.[4] Олсон познакомился с недавно приехавшими в город Николаем Пейсти (который работал в международной благотворительной организации Христианский союз молодых людей) и Робертом Фетлером, который из Сибири хотел выехать к старшему брату Вильгельму Фетлеру в Америку, но не получил разрешения у американского консула во Владивостоке. Оба имели богословское образование и опыт служителей в евангельских церквях.

Олсон привлек их к работе в качестве сотрудников ШАМО. Роберт Фетлер возобновил издание журнала «Благовестник» (начатое в Омске, но прерванное в связи с его отъездом). Фетлера избрали пресвитером Владивостокской общины баптистов, а Пейсти — пресвитером общины баптистов в Никольске-Уссурийском (ныне город Уссурийск, находится примерно в 100 км от Владивостока). Обе общины за 2-3 года выросли в несколько раз по численности и стали создавать вокруг дочерние церкви. Также, благодаря средствам ШАМО во Владивостоке был налажен массовый выпуск духовной литературы (помимо регулярно выходившего «Благовестника»).

Наладив работу миссии на месте, Олсон уехал сначала в Америку, а затем в Европу, чтобы собрать в евангельских церквях средства на продолжение работы и, по возможности, найти новых сотрудников миссии. Летом 1922 года Олсон вернулся во Владивосток с новыми работниками, шведским пастором Августом Линдстедтом (August Lindstedt) и молодой учительницей — американкой шведского происхождения Маргарет Бергсколд (Margaret Bergskold). Во Владивостоке Август и Маргарет поженились.

Усилившаяся миссия открыла Библейский институт для подготовки проповедников и сделала первый набор студентов. Осенью 1922 года работники ШАМО также начали готовить открытие приюта для сирот во Владивостоке. Однако вся эта работа была остановлена со вступлением большевиков во Владивосток в ноябре 1922 года и установлением здесь Советской власти.

В первые же месяцы Советской власти во Владивостоке был разогнан Библейский институт, арестованы склады издательства с духовной литературой, госслужащие-баптисты были уволены с работы. Количество мест проведения богослужений (которых во Владивостоке к тому времени уже было пять) сократилось. Август Линдстедт был арестован, правда, после допроса отпущен. Однако миссии была вынуждена переместиться в Маньчжурию (северные провинции Китая), где ещё до революции было много русских служащих КВЖД, а после революции и гражданской войны к ним прибавилось несколько сотен тысяч российских эмигрантов. Именно среди них миссионеры ШАМО и продолжили евангелизационную работу. Центром работы миссии стал Харбин, — главный город КВЖД.

Уезжая, миссионеры надеялись и дальше помогать баптистским общинам в Приморье, а также соседних российских регионах. К тому же неизвестно было, сколько большевики продержатся у власти.

Китайский период[ | ]

Первые два года[ | ]

В одном только Харбине к середине 1920-х годов, по разным данным, проживало 150—250 тысяч русских. Русская баптистская церковь в Харбине существовала с 1903 года, правда, не очень большая.[5] Миссионеры ШАМО сотрудничали с ней ещё со времен своей работы во Владивостоке.

В июне 1923 года пресвитером местной общины был избран Роберт Фетлер. Спустя несколько месяцев в Харбине появился Яков Винс, на тот момент возглавлявший Дальневосточный союз баптистов и баптистскую общину Благовещенска-на-Амуре. Винс провел собрание членов харбинской общины, на котором Роберта Фетлера сместили под предлогом покровительства членам общины, не являвшимся русскими по национальности и ещё неким провинностям. (На съезде Дальневосточного союза баптистов в 1925 году Винс объяснит свой конфликт с Фетлером тем, что Роберт повторно рукоположил двух пресвитеров, ранее рукоположенных Дальневосточным союзом и удалил из Никольска-Уссурийского благовестника Дальневосточного союза).[6]

В результате харбинская община оказалась расколота — половина признавала пресвитером Роберта Фетлера, вторая половина — Якова Винса. Так продолжалось более года (за это время часть церкви, возглавляемая Фетлером, крестила 40 человек).

В конце 1924 года не выдержал Эрик Олсон. Неожиданно для всех он объявил об окончании работы ШАМО и спешно отбыл в Америку. Август Линстедт, который в свое время в Швеции договорился о сборе средств для своей миссионерской работы, но оказался обманут своим партнером — «казначеем» и не получил из Швеции абсолютно никаких денег, также вместе с Маргарет поехал с Олсоном в Америку.

После этого Роберт Фетлер уехал на родину, в Латвию, куда к тому времени из Америки перебрался его старший брат, Вильгельм. Что касается Николая Пейсти, то он, хотя и жил в Харбине, с 1923 года работал вне ШАМО, возглавив Методистский Библейский институт.[7]

Яков Винс также покинул Харбин, вернувшись к работе в Благовещенской общине и Дальневосточном союзе баптистов. Связь Маньчжурии с советским Дальним Востоком становилась все призрачнее и слабее: Советская власть форсированными темпами организовывала пограничную службу, чтобы противостоять частым набегам на советскую территорию казаков и белоэмигрантов, осевших в Маньчжурии.

Возобновление работы ШАМО[ | ]

В Америке Августу Линдстедту предложили стать пастором одной из церквей. Так он проработал около года. В 1925 году его разыскали представители Swedish Baptist General Conference и предложили возобносить работу ШАМО в Маньчжурии, заняв место, которое ранее занимал Олсон. Август с радостью согласился, вместе с Маргарет они вернулись в Харбин и работа началсь вновь.

В Китае среди русских эмигрантов были русские служители, которых Линдстедт привлек работе. В разное время с миссией сотрудничали Иван Осипов, Август Пуке, Ефим Забудский, Григорий Ясиницкий, Алексей Петров, В. М. Леонтьев, П. В. Потлов, В. В. Шадрин, Курышев, Солдатенков, Соколов, Ковлеченков и другие.

Григорий Ясиницкий — методистский пастор и богослов, привлекавшийся к работе ШАМО и служивший помощником пресвитера Харбинской общины баптистов

В 1920-е годы в Китае шла гражданская война. Русским эмигрантам, оказавшимся в Китае, приходилось нелегко. Большинство из них мечтали уехать в США, Австралию, Европу или Южную Америку. И многим это удавалось.

В конце 20-х и начале 30-х годов Америка пережила Великую экономическую депрессию, в результате чего финансирование ШАМО почти иссякло, но семья Линдстедт продолжала работу, делясь с русскими сотрудниками миссии последним. С окончанием Великой депрессии, финансирование миссии улучшилось.

В 1932 году Маньчжурию и ещё некоторые китайские территории оккупировали войска императорской Японии. Несмотря на то, что открытого конфликта у русскоязычной диаспоры с японскими властями не было, отток наших эмигрантов из Маньчжурии усилился. С каждым годом русская диаспора становилась все меньше. Внутри Китая тоже шли миграции — русскоязычное население покидало Харбин и перемещалось на юг, прежде всего, в Шанхай. Там было легче найти работу и было больше шансов выехать из Китая.

В 1932 году Харбинская церковь баптистов потеряла сразу 114 членов — большую группа меннонитов, выехавших в Южную Америку. Тем не менее в 1933 году численность русских баптистов в Китае составляла 387 членов церквей и 395 учеников воскресной школы. Август Линдстедт утверждал в 1933 году, что если бы не отток населения, то баптистские общины в Китае имели бы 800 членов. [8]

Русская баптистская община в Харбине стремилась открыть дочерние церкви в городах, где было сколько-нибудь значительное русское население. Была открыта церковь в Шанхае (пресвитер — Ефим Викентьевич Забудский), в Дайрене (он же Далянь, он же бывший русский порт Дальний) (пресвитер — Иван Захарович Осипов) также были филиалы в Тяньцзине и на КВЖД: станциях Маньчжурия, Ханьдаохэцзы, Имяньпо, Цицикар, Мерген и др. Харбинская церковь вела строительство собственного молитвенного дома на 500 мест. Готовый дом молитвы был освящён в 1940 году.

В 1939 году Линдстедт, вслед за передвижением массы русских эмигрантов (которые постепенно перетекали на юг), перенес свою штаб-квартиру в Шанхай. Харбинской общиной в это время руководил Август Пуке.

В 1939 году началась Вторая мировая война в Европе, в 1941 году в войну вступила Америка. Линстедт уже не имел никакой связи с Харбинской общиной, поскольку Маньчжурия была оккупирована Японией, а затем — СССР.

В 1947 году из-за ухудшивгося здоровья Линдстедт был вынужден уехать в Америку, где и умер спустя три года. Работа ШАМО с момента его отъезда из Китая прекратилась. Большинство русских пасторов, сотрудничавших с ШАМО, в конце концов, благополучно эмигрировали в США, Австралию и др.

Примечания[ | ]

  1. "Благовестник", 1920, №6 С.91
  2. Good News For Russia, J. W. Brooks, editor, The Bible Institute Colpartage Association, Chicago, 1918, с.17 цитируется по L. M. Lindstedt «A history of the Russian Mission of the Swedish Baptist General Conference of America»
  3. Письмо Лизы и Якова Винс Ивану Артеменко, опубликовано в журнале «Вера и Жизнь», 1990 г № 4
  4. L. M. Lindstedt «A history of the Russian Mission of the Swedish Baptist General Conference of America»
  5. Дементьев А — Этапы развития евангельского движения в русскоязычной диаспоре Китая в начале и середине XX века. Сборник статей «Традиция подготовки служителей в братстве евангельских христиан-баптистов. История и перспективы», Москва, 2013, ISBN 978-5-9902083-8-4 С.15-24
  6. Подробнее об этом в Дементьев А. — Авен-Езер: Евангельское движение в Приморье 1898—1990 годы, Владивосток, Русский остров, 2011, ISBN 978-5-93577-054-2 С.79-80
  7. Lindstedt L. M. «A history of the Russian Mission of the Swedish Baptist General Conference of America»
  8. «Ahistory of the Russian Mission of the Swedish Baptist GeneralConference of America» диссертация L. M. Lindstedt,Bethel Theological Seminary, St. Paul, Minnesota, 1953, стр. 39

Литература[ | ]