Сулакадзев Александр Иванович

Александр Иванович Сулакадзев
Предполагаемый портрет Сулакадзева, выполненный в 1826 году его сослуживцем В. Ф. Лазаревым-Станищевым[1]
Предполагаемый портрет Сулакадзева, выполненный в 1826 году его сослуживцем В. Ф. Лазаревым-Станищевым[1]
Дата рождения 3 ноября 1771(1771-11-03)
Место рождения
Дата смерти 13 марта 1829(1829-03-13) (57 лет)
Место смерти
Страна
Род деятельности коллекционер, фальсификатор
Логотип Викитеки Произведения в Викитеке

Алекса́ндр Ива́нович Сулака́дзев (23 октября (3 ноября) 1771, село Пехлец, Рязанская губерния[2] — 1 (13) марта 1829[3], Санкт-Петербург) — русский библиофил, коллекционер рукописей и исторических документов, историк и археограф-любитель, известный многочисленными фальсификациями.


Биография[ | ]

Дед А. И. Сулакадзева по отцу, Григорий Максимович Сулакадзе, был имеретинским дворянином (внук именовал его «князем», что опровергается документами), приехавшим в Москву, вероятно, с царём Грузии Вахтангом VI в 1724 году, а затем служившим при дворе имеретинской царевны Дарьи Арчиловны во Всехсвятском под Москвой. Отец Александра Ивановича, Иван Григорьевич (1741—1821), воспитывался в гимназии при Московском университете, занимал ряд канцелярских должностей, а с 1782 года (до увольнения в 1808 году в чине титулярного советника) служил рязанским губернским архитектором. В 1771 году И. Г. Сулакадзев женился на дочери служащего рязанской канцелярии, одно время исполнявшего должность рязанского полицмейстера С. М. Боголепова — Екатерине Степановне Боголеповой. Из детей Ивана Сулакадзева от обоих браков выжил только сын Александр[4].

А. И. Сулакадзев служил в лейб-гвардии Преображенском полку (1788—1797), вышел в отставку в чине армейского прапорщика. Перешёл на гражданскую службу: в 1799—1802 годах — в Провиантском штате, в 1803 году (недолго) — в Комиссии по построению Казанского собора, до 1819 года официально не служил, но неформально, вероятно, исполнял секретарские обязанности у министра внутренних дел князя А. Б. Куракина. С 1819 года до конца жизни — канцелярский служащий в Комиссии погашения долгов. Умер в чине титулярного советника[3].

А. И. Сулакадзев был женат на прусской подданной Софии Вильгельмовне Шрёдер (свидетелем при переходе жены Сулакадзева в православие был Г. Р. Державин), которая после его смерти вступила во второй непродолжительный брак с Альбертом фон Гочем.

Библиотека[ | ]

Сулакадзев имел большую библиотеку, в которой хранилось около 290 рукописей и около 600 других книг. Часть этой коллекции перешла к нему после смерти его друга Ф. В. Каржавина в 1812 году.

Сулакадзев был известным коллекционером. Его музей осматривали А. Н. Оленин, Г. Р. Державин и др. Он был известен императорам Павлу I и Александру I. Оленин рассказывал о посещении музея Сулакадзева следующее: «…когда я сказал ему, что на все его вещи нужны исторические доказательства, он с негодованием возразил мне: „Помилуйте, я честный человек и не стану вас обманывать“. В числе этих древностей я заметил две алебастровые статуйки Вольтера и Руссо…, и в шутку спросил: «А что это у вас за антики?» — «Это не антики, — отвечал он, — но точные оригинальные изображения двух величайших поэтов наших, Ломоносова и Державина»[5].

В конце 1840-х годов вдова Сулакадзева продала его библиотеку и коллекцию «диковин» чиновнику Виктору-Желиславу Корсаку (1820—1870), после смерти которого большая часть библиотеки Сулакадзева была распродана в Петербурге и пополнила собрания разных библиофилов. Значительная часть его книг и рукописей сохранилась и находится в государственных собраниях России. Некоторые вещи из собрания Сулакадзева с семьёй Корсаковых попали на Волынь, среди них: «Молитвенник князя Владимира» — вывезен Иоанном (Теодоровичем) и ныне находится в Нью-Йоркской публичной библиотеке, гравюра Кариона Истомина на шелку — ныне в Музее Академии художеств в Петербурге.

Литературная деятельность[ | ]

Сулакадзев писал пьесы, сохранившиеся в рукописи (не опубликованы и не ставились), вёл дневник, содержащий сведения о текущих литературных новинках, о восстании декабристов и следствии над ними. «Летопись» Сулакадзева содержит также данные о нём самом и его предках, как правило, достоверные и подтверждаемые документами.

Фальсификаты Сулакадзева[ | ]

Публикация сочиненного Сулакадзевым «рунического» «гимна Бояну», сделанная Г. Р. Державиным в 1812 году в журнале «Чтения в Беседе любителей Русского слова»

Сулакадзеву принадлежат многочисленные исторические подделки и фантазии на исторические темы. Большинство своих фальсификаций Сулакадзев не пытался как-либо распространять или извлекать из них выгоду, они носили, по-видимому, характер романтической «игры для себя».

При его жизни получил известность только «Боянов гимн», опубликованный при активном участии заинтересовавшегося им Державина. Сулакадзев оказал большое влияние на поэта Г. Р. Державина, приводившего примеры из «новгородских жрецов» в «Рассуждении о лирической поэзии».

Сулакадзев создавал подложные приписки к подлинным рукописям, удревняющие их (самая известная — обнаруженный в 1920 году на Украине «Молитвенник князя Владимира», в действительности новгородская рукопись XIV века). Ряд этих фальсификаций Сулакадзева выдержан на относительно высоком уровне. Менее удачную судьбу имели созданные Сулакадзевым стилизованные псевдоязыческие тексты: «Боянов гимн», «Вещания славянских жрецов», «Оповедь». Эти тексты Сулакадзев написал на языке с псевдославянскими формами, и они были разоблачены вскоре после появления славянского сравнительно-исторического языкознания в середине XIX века.

Рукопись Сулакадзева «О воздушном летании в России с 906 лета по Р. X.», впервые опубликованная в 1901 году, где содержится упоминание о вымышленном полёте подьячего Крякутного на воздушном шаре (в первоначальном варианте — «крещеный немец Фурцель», исправление на «Крякутной» сделано, по-видимому, другим фальсификатором) — стала сюжетом советской пропаганды и опорой для идеи о «русском первенстве в воздухоплавании», публиковавшихся в СССР в период «борьбы с космополитизмом».

Почтовая марка, посвящённая полёту Крякутного, 1956

В другой его фальсификации — книги «Оповедь», опубликованной в 1850-е годы — история Валаамского монастыря удревняется до X века.

Грубой подделкой оказались «Перуна и Велеса вещания в Киевских капищах жрецам Мовеславу, Древославу и прочим». Успех подделки объяснялся состоянием науки того времени[5].

Сулакадзев также составил каталог любопытных и редких книг, с пометами напротив названий книг, которые у него имелись (или якобы имелись) — так называемый «Книгорек». Часть из них была подлинными рукописями (нередко в них имелись вставки самого владельца или по крайней мере вставки младше рукописи), другая часть этого каталога признаётся почти всеми историками целиком сфальсифицированной. Среди них было, в частности, «Таинственное учение из Ал-Корана на Древнейшем арабском языке, весьма редкое — 601 года», то есть созданная якобы за десятилетия до появления не только Корана, но и самого ислама в современном виде. Им же, вероятно, сочинен текст «Из Хронографа. О браках царя Ивана Васильевича», откуда распространились сомнительные истории о Василисе Мелентьевой и Марии Долгорукой.

Фальсификаты, автором которых мог быть Сулакадзев[ | ]

Когда П. П. Дубровский в 1800 году привёз собранную им во Франции коллекцию ценных рукописей в Петербург, ни императорскую семью, ни двор она поначалу не заинтересовала. В связи с этим Дубровский решил пойти на фальсификацию и заявил, что часть древнерусских рукописей из коллекции — это остатки библиотеки дочери Ярослава Мудрого Анны Ярославны, которая впоследствии стала женой французского короля Генриха I, и таким образом якобы эти рукописи попали во Францию. В связи с этим на одной из рукописей была сделана подложная надпись от имени Анны Ярославны. Подделку не распознали, и в 1805 году коллекция была принята в дар в Императорскую публичную библиотеку и Эрмитаж. Впоследствии подложность записи была доказана. В частности, рукопись, на которой она сделана (современный шифр РНБ, F.п. I.262) является сербским списком «Устава Иерусалимского», датируемым XIV веком, тогда как Анна Ярославна жила в XI веке[6][7]. Изготовление этой подложной надписи часто приписывается Сулакадзеву[8], но без полной уверенности. Возможно, её автором был сам Дубровский.

В XX веке лингвистические и археографические изыскания Сулакадзева становились предметом исследования литературоведов. Л. П. Жуковская, Б. А. Рыбаков и некоторые другие связывали с Сулакадзевым историю знаменитой «Велесовой книги», псевдославянский язык которой напоминает «языческие» подделки Сулакадзева. Кроме того, в «Книгореке» Сулакадзева фигурируют сочинения жреца на буковых досках IX века (что близко к описанию публикаторов «Велесовой книги»), хотя Сулакадзев и не утверждал, что этот «раритет» когда-либо у него находился.

Оценки деятельности[ | ]

А. Н. Пыпин писал о Сулакадзеве: «По-видимому, в своих изделиях он гнался прежде всего за собственной мечтой восстановить памятники, об отсутствии которых сожалели историки и археологи… объяснить древние события, о которых не осталось никаких сведений… Недостаточное знание подлинных фактов развило, с одной стороны, доверчивость, а с другой — большую смелость в обращении с предметами старины: была простодушная мысль, что если нет старины, то её можно придумать, а другие верили таким выдумкам».

По мнению М. Н. Сперанского, «фальсификаторская деятельность Сулакадзева характерна для эпохи общеевропейского романтизма, вызвавшего и на Западе несколько ранее, нежели у нас, полосу подделок старины в области истории и литературы»[5].

См. также[ | ]

Примечания[ | ]

  1. А. А. Рыбалка. XIII класса Сулакадзев.
  2. «Летопись» Сулакадзева: ОР РГБ, ф. 96, д. 14, л. 18, цит. по блогу А. А. Рыбалки (anrike.livejournal.com)
  3. 1 2 РГИА, Фонд комиссии о погашении долгов, по блогу А. А. Рыбалки.
  4. Д. Н. Костышин (сост.) История Московского университета (вторая половина XVIII — начало XX века). Сборник документов. Том 3. 1757. М., Academia, 2014.
  5. 1 2 3 Монгайт А. Л. Надпись на камне. — М: Издательство «Знание», 1969. — С. 70—74.
  6. Исторический обман Архивировано 17 октября 2011 года.
  7. The State Hermitage Museum Архивировано 24 июня 2009 года.
  8. Ж. Л. Левшина. К вопросу о методах работы фальсификаторов XIX века (на примере подложной записи Анны Ярославны на сербском уставе XIV века) // Славянское и балканское языкознание: Палеославистика — 2. М.: Институт славяноведения, 2019. С. 168—182

Ссылки[ | ]