Святослав Игоревич

Святослав Игоревич
Свѧтославъ Игоревичь
Святослав Игоревич
Скульптурное изображение работы Евгения Лансере
Киевский князь
945 — март 972
Предшественник: Игорь Рюрикович (де-факто Ольга)
Преемник: Ярополк Святославич
Новгородский князь
до 945 — 969
Предшественник: Игорь Рюрикович
 
Вероисповедание: язычество
Рождение: 942(0942)
Смерть: март 972
на Днепре
Род: Рюриковичи
Отец: Игорь Рюрикович
Мать: Ольга
Супруга: Предслава, Малуша
Дети: Ярополк, Олег, Владимир

Святосла́в И́горевич (Свѧтославъ Игоревичь; 942 — март 972) — князь новгородский, князь киевский с 945 по 972 год, прославился как полководец.

Формально Святослав стал правителем в 3-летнем возрасте после гибели в 945 году отца, киевского князя Игоря, но самостоятельное правление началось, как можно судить по косвенным данным, ок. 961 года (по летописи в 964 году). При Святославе Киевской Русью в значительной мере правила его мать — княгиня Ольга, сначала из-за малолетства Святослава, затем из-за его постоянного пребывания в военных походах. При возвращении из похода на Болгарию Святослав был убит печенегами в 972 году на днепровских порогах.

Ранние годы[ | код]

Согласно древнерусским летописям, Святослав был единственным сыном киевского князя Игоря и княгини Ольги. Год его рождения точно не известен. По Ипатьевскому списку[1], Святослав родился в 942 году, однако в других списках Повести временных лет, например Лаврентьевском, такой записи нет. Исследователей настораживает пропуск такой важной информации переписчиками, хотя она и не противоречит другим сообщениям.

В литературе как год рождения Святослава упоминается также 920[прим. 1], но это противоречит известным сведениям о правлении Святослава.

Имя Святослав[ | код]

Условный портрет Святослава Игоревича из Царского титулярника, XVII в.

Святослав — первый достоверно известный киевский князь со славянским именем, в то время как его родители носили имена с предположительно скандинавской этимологией.

В византийских источниках X века его имя записано как Сфендославос (др.-греч. Σφενδοσθλάβος)[2], откуда историки, начиная с Татищева, делали предположение о соединении скандинавского имени Свен (дат. Svend, др.-сканд. Sveinn, совр. швед. Sven) со славянским княжеским окончанием -слав[прим. 2]. Однако в современной историографии такая трактовка считается неправдоподобной. Со Свент- начинаются в иноязычной передаче и другие славянские имена на Свят-, например, имя Святополка (в источниках др.-в.-нем. Zwentibald — Звентибальд, или лат. Suentepulcus — Свентипулк[3]), князя Великой Моравии в 870894 годах, или киевского князя 10151019 годов Святополка Владимировича (лат. Suentepulcus у Титмара Мерзебургского). Согласно этимологическому словарю Фасмера, начальная часть этих имён восходит к праслав. *svent-, который после утраты носовых гласных даёт современное восточнославянское свят — святой. Носовые гласные сохранились до настоящего времени в польском языке (польск. święty — святой).

В прошлом отмечалось[4], что первая часть имени Святослава по значению соотносится со скандинавскими именами его матери Ольги и князя Олега Вещего (др.-сканд. Helgi — святой, др.-сканд. Helga — святая), а вторая — имени Рюрика (др.-сканд. Hrorekr — славой могучий), что соответствует раннесредневековой традиции учитывать при имянаречении имена других членов княжеской семьи. Однако современные исследователи ставят возможность такого перевода имён с одного языка на другой под сомнение[5]. Женский вариант имени Святослав — Святослава — носила сестра датского и английского короля Кнуда I Великого, мать которой была родом из польской династии Пястов.

В 1912 году на территории Десятинной церкви в Киеве Д. В. Милеев проводил раскопки. При этом была найдена свинцовая вислая актовая печать[6], на которой, помимо изображения княжеского двузубца, сохранилось греческое написание имени Святослав[7].

Детство и княжение в Новгороде[ | код]

Первое упоминание Святослава в синхронном историческом документе содержится в русско-византийском договоре князя Игоря от 944 года[8].

Князь Игорь Рюрикович, по летописной версии, был убит осенью 945 года древлянами за взимание с них непомерной дани. Его вдова Ольга, ставшая регентшей при трёхлетнем сыне, пошла на следующий год с войском в землю древлян. Сражение открыл четырёхлетний Святослав:

…[бросил] копьём в древлян, и копьё пролетело между ушей коня и ударило коня по ногам, ибо был Святослав ещё дитя. И сказали Свенельд [воевода] и Асмуд [кормилец]: «Князь уже начал; последуем, дружина, за князем».

— Повесть временных лет[9]

Дружина Игоря победила древлян, Ольга принудила их к покорности, а затем ездила по Руси, выстраивая систему правления.

Согласно летописи, Святослав всё детство находился при матери в Киеве, что противоречит замечанию византийского императора Константина Багрянородного (около 949):

« Приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы являются одни из Немогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии.
Константин Багрянородный[10]
»

В Немогарде Константина обычно видят Новгород, которым сыновья киевских князей традиционно владели и впоследствии. Фразу часто толкуют как указание на то, что Святослав был посажен в Новгород при жизни отца[11]. Константин упоминает имя Святослава без титула также при описании визита Ольги в Константинополь (957).

Начало самостоятельного правления[ | код]

Встреча Святослава с Иоанном Цимисхием. К. Лебедев, 1916

Княгиня Ольга крестилась в 955—957 годах и пыталась обратить в христианство и сына. Но Святослав до конца остался язычником, объясняя, что христианин не будет пользоваться авторитетом у дружины. Летописец цитирует апостола Павла:

« Для неверующих вера христианская юродство есть[12] »

Во время посольства Ольги в Константинополь в её делегацию входили и «люди Святослава», получившие на первом приёме даров даже меньше, чем рабыни Ольги, а в протоколе второго приёма вообще не упомянутые. А. В. Назаренко предполагает, что одной из целей переговоров Ольги был брак Святослава с греческой царевной и что после отказа в таком браке «люди Святослава» были оскорблены и покинули Константинополь уже после первого приёма, а Святослав решил остаться в язычестве.

Западноевропейская хроника Продолжателя Регинона сообщает под 959 годом о послах Ольги, «королевы Ругов», к королю Германии Оттону I Великому по вопросу крещения Руси. Однако в 961 году миссия, посланная Оттоном I в Киев, потерпела неудачу — вероятно, что это произошло из-за сопротивления Святослава и свидетельствует о его приходе к власти между 959 и 961 годами[13].

О первых самостоятельных шагах Святослава «Повесть временных лет» сообщает с 964 года:

Когда Святослав вырос и возмужал, стал он собирать много воинов храбрых, и быстрым был, словно пардус, и много воевал. В походах же не возил за собою ни возов, ни котлов, не варил мяса, но, тонко нарезав конину, или зверину, или говядину и зажарив на углях, так ел; не имел он шатра, но спал, постилая потник с седлом в головах, — такими же были и все остальные его воины. И посылал в иные земли [посланников, как правило, перед объявлением войны] со словами: «Иду на вы![14]»

— Повесть временных лет[15]

Хазарский поход[ | код]

Руины Саркела (Белой Вежи). Аэрофотоснимок 1951 года

В «Повести временных лет» отмечено, что в 964 году Святослав «пошёл на Оку реку и на Волгу, и встретил вятичей». Не исключено, что в это время, когда главной целью Святослава было нанесение удара по хазарам, он не подчинил вятичей, то есть ещё не обложил их данью[16].

В 965 году Святослав атаковал Хазарию:

В лето 6473 (965) пошёл Святослав на хазар. Услышав же, хазары вышли навстречу ему со своим князем каганом и сошлись биться, и в битве одолел Святослав хазар, и град их и Белую Вежу взял. И победил ясов и касогов.

— Повесть временных лет[17]

Современник событий Ибн-Хаукаль относит поход к чуть более позднему времени и сообщает также о войне с Волжской Булгарией, известия о которой не подтверждены другими источниками:

Булгар — город небольшой, нет в нём многочисленных округов, и был известен тем, что был портом для упомянутых выше государств, и опустошили его русы и пришли на Хазаран, Самандар и Итиль в году 358 (968/969) и отправились тотчас же после к стране Рум и Андалус… И ал-Хазар — сторона, и есть в ней город, называемый Самандар, и он в пространстве между ней и Баб ал-Абвабом, и были в нём многочисленные сады…, но вот пришли туда русы, и не осталось в городе том ни винограда, ни изюма.

— Ибн Хаукаль. «Книга путей и государств»[18]

По одной версии, Святослав вначале взял Саркел на Дону (в 965 году), затем вторым походом в 968/969 году покорил Итиль — хазарскую столицу в устье Волги, и Семендер — второй крупный хазарский город, находившийся на побережье Каспийского моря. По другой версии, имел место один большой поход 965 года, русское войско двигалось вниз по Волге и взятие Итиля предшествовало взятию Саркела.

Святослав не только сокрушил Хазарский каганат, но и пытался закрепить завоёванные территории за собой. На месте Саркела появилось славянское поселение Белая Вежа. Возможно, тогда же под власть Киева перешла Тмутаракань[19]. Есть сведения о том, что русские отряды находились в Итиле до начала 980-х годов[18].

Под 966 годом, уже после разгрома хазар, в «Повести временных лет» сообщается о повторной победе над вятичами и наложении на них дани.

Болгарские походы[ | код]

Война с Болгарским царством (968—969)[ | код]

В 967 году между Византией и Болгарским царством разгорелся конфликт, причину которого источники излагают по разному. В 967/968 году византийский император Никифор Фока отправил к Святославу посольство. Главе посольства Калокиру было передано 15 кентинариев золота (примерно 455 кг)[прим. 3], чтобы на русов в набег на Болгарию. Согласно одной из версий, Византия хотела сокрушить Болгарское царство чужими руками, а заодно ослабить Киевскую Русь, которая после присоединения Хазарии могла обратить свой взгляд на крымские владения империи[20]. По другой версии, цель Византии заключалась лишь в обуздании агрессии болгарского царя чужими руками, что было стандартной практикой византийской внешней политики[21].

Калокир договорился со Святославом об антиболгарском союзе, но вместе с тем попросил помочь ему отнять у Никифора Фоки византийский престол. За это, по версии византийских хронистов Иоанна Скилицы и Льва Диакона, Калокир пообещал «великие, бесчисленные сокровища из казны государственной»,[22] и право на все завоёванные болгарские земли.

В 968 году Святослав вторгся в Болгарию, разбил болгар в битве под Доростолом, взял множество городов и обосновался в устье Дуная, в Переяславце, куда к нему была выслана «дань с греков»[23].

К 968—969 годам относится нападение на Киев печенегов. Святослав с конной дружиной возвратился на защиту столицы и отогнал печенегов в степь. Историки А. П. Новосельцев и Т. М. Калинина предполагают, что нападению кочевников способствовали хазары (хотя есть причины полагать что Византии это было не менее выгодно), а Святослав в ответ организовал второй поход против них, в ходе которого и был захвачен Итиль, а Хазария окончательно разгромлена[18].

Во время пребывания князя в Киеве скончалась его мать, княгиня Ольга, фактически правившая Русью в отсутствие сына. Святослав по-новому устроил управление государством: посадил сына Ярополка на киевское княжение, Олега — на древлянское, Владимира — на новгородское. После этого, осенью 969 года киевский князь снова пошёл на Болгарию с войском[прим. 4]. «Повесть временных лет» передаёт его слова:

Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае — ибо там середина земли моей, туда стекаются все блага: из Греческой земли золото, паволоки, вина, различные плоды; из Чехии и из Венгрии серебро и кони; из Руси же меха и воск, мёд и рабы.

— Повесть временных лет[24]

Летописный Переяславец точно не идентифицирован. Иногда его отождествляют с Преславом или же относят к дунайскому порту Преславу Малому. По версии неизвестных источников (в изложении Татищева) в отсутствие Святослава его наместник в Переяславце, воевода Волк, был вынужден выдержать осаду со стороны болгар[25]. Византийские источники скупо описывают войну Святослава с болгарами. Его войско на ладьях подошло к болгарскому Доростолу на Дунае и после сражения захватило его. Позднее была захвачена и столица Болгарского царства, Преслав Великий, причем царь Борис попал в плен к Святославу[26]. После падения столицы вся страна быстро попала под контроль Святослава[прим. 5].

Война с Византией (970—971)[ | код]

Весной 970 года Святослав в союзе с болгарами, печенегами и венграми напал на владения Византии во Фракии. Численность союзников византийский историк Лев Диакон исчислял в более чем 30 000 воинов, в то время как византийский полководец Варда Склир имел под рукой от 10 до 12 тысяч солдат. Варда Склир избегал сражения в открытом поле, сохраняя силы в крепостях. Войско Святослава дошло до Аркадиополя (в 120 км от Константинополя), где и произошло генеральное сражение. По сообщениям византийских источников, были окружены и перебиты все печенеги, а затем были разгромлены основные силы Святослава. Древнерусская летопись излагает события иначе: по сведениям летописца, Святослав одержал победу, вплотную подошёл к Царьграду, но отступил, лишь взяв большую дань, в том числе и на погибших воинов. По версии Сюзюмова М. Я. и Сахарова А. Н., сражение, о котором рассказывает русская летопись и в котором русские одержали победу, было отдельным от битвы под Аркадиополем. Оно также произошло в 970 году, византийским войском командовал не упоминаемый при Аркадиополе патрикий Пётр, а противостояла ему та часть русского войска, которая не сражалась вместе с союзниками под Аркадиополем.

Оккупация Болгарии русами совершенно не устраивала Византию, поскольку вместо слабого и христианского соседа она получила сильного и языческого[26]. Бесцеремонные действия Святослава убедили императора Иоанна Цимисхия в бесполезности дипломатии и он начал готовиться к войне. Подготовка длилась всю зиму 970–971 годов. В апреле Цимисхий во главе отряда из 5000 лучших воинов перешел Балканские горы, в то время как основная часть византийской армии под командованием евнуха Василия Лакапина последовала за ними. Передовой отряд двигался так быстро, что русы были захвачены врасплох, и о походе императора они узнали, только когда он был уже почти у стен Преслава. В это время в городе находилось около 8000 русских, но в бой авангардом Цимисхия они не вступили, укрывшись за стенами города.

Преследование отступающей русской армии византийцами. Миниатюра из мадридского списка «Истории» Иоанна Скилицы

Вскоре прибыла основная часть византийской армии и начался штурм. Тринадцатого апреля византийцы ворвались в город, но многие русские закрылись внутри дворца царя Симеона. Византийцы подожгли дворец и множество русов погибло в огне. Пожары нанесли городу большой ущерб, уничтожив в частности прославленную Золотую Церковь. Вскоре к городу подошел Святослав с основными силами, надеясь вернуть столицу, однако вблизи г. Доростола на его пути встала армия Цимисхия. Русские укрылись в крепости, началась трёхмесячная осада. Потери русов росли, и Святослав стал искать мира. Он отправил к Цимисхию посланника с сообщением о готовности покинуть Болгарию. Стремясь завершить дело, Иоанн принял предложение. Был также возобновлен старый торговый договор, позволявший русским привозить свои товары в Константинополь. На обратном пути в Киев множество русских пали жертвами печенегов, включая самого Святослава[27].

Византийцы освободили Бориса II, однако к власти его не вернули. Столица Болгарии была переименована в Иоаннополис в честь императора, и там был поставлен византийский наместник. Вся восточная Болгария была присоединена к Византии, независимость сохранили только западные области. Борис II был публично лишен царской короны и регалий, которые поместили на алтарь Святой Софии. Бывший царь остался жить в Константинополе, получив от императора сан магистра[28][29].

Гибель[ | код]

Кончина Святослава. Чориков Б. А. Живописный Карамзин, или Русская история в картинках. — 1836.

По заключении мира Святослав благополучно достиг устья Днепра и на ладьях отправился к порогам. Воевода Свенельд говорил ему: «Обойди, князь, пороги на конях, ибо стоят у порогов печенеги». Попытка Святослава в 971 году подняться по Днепру не удалась, пришлось ему зимовать в устье Днепра, а весной 972 года он решил повторить попытку. Однако печенеги по-прежнему сторожили русов. В схватке Святослав погиб:

Когда наступила весна, отправился Святослав к порогам. И напал на него Куря, князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него. Свенельд же пришёл в Киев к Ярополку.

— Повесть временных лет[30]

Гибель Святослава в бою с печенегами подтверждает и Лев Диакон:

Сфендослав оставил Дористол, вернул согласно договору пленных и отплыл с оставшимися соратниками, направив свой путь на родину. По пути им устроили засаду пацинаки — многочисленное кочевое племя, которое пожирает вшей, возит с собою жилища и большую часть жизни проводит в повозках. Они перебили почти всех [росов], убили вместе с прочими Сфендослава, так что лишь немногие из огромного войска росов вернулись невредимыми в родные места.

— Лев Диакон[2]

Начиная с Н. М. Карамзина, многие историки предполагают, что именно византийская дипломатия убедила печенегов атаковать Святослава[прим. 6]. В трактате Константина Багрянородного «Об управлении империей» говорится о необходимости союза [Византии] с печенегами для защиты от росов и венгров («Стремитесь к миру с печенегами»), а также, что печенеги представляют серьёзную опасность для русов, преодолевающих пороги[31] На основании этого подчёркивается, что использование печенегов для устранения враждебного князя произошло в соответствии с византийскими внешнеполитическими установками того времени. Хотя «Повесть временных лет» называет в качестве организаторов засады не греков, а переяславцев (болгар), а Иоанн Скилица сообщает[32], что византийское посольство, напротив, просило печенегов пропустить русов.

«Повесть временных лет» объясняет гибель Святослава его отказом матери, которая хотела крестить его (т. е. нарушением традиционного правового принципа подчинения родительской власти):

« Он же не послушался матери, продолжая жить по языческим обычаям. Если кто матери не послушает — в беду впадет, как сказано: «Если кто отца или матери не послушает, то смерть примет[33]».
Повесть временных лет[34]
»

О внешности Святослава[ | код]

Встреча Иоанна Цимисхия и Святослава. Изображение из «Мадридской рукописи[en]» Иоанна Скилицы

Лев Диакон оставил колоритное описание внешности Святослава при его встрече с императором Цимисхием после заключения мира:

Показался и Сфендослав, приплывший по реке на скифской ладье; он сидел на веслах и грёб вместе с его приближёнными, ничем не отличаясь от них. Вот какова была его наружность: умеренного роста, не слишком высокого и не очень низкого, с густыми бровями и светло-синими глазами, курносый, безбородый, с густыми, чрезмерно длинными волосами над верхней губой. Голова у него была совершенно голая, но с одной стороны её свисал клок волос — признак знатности рода; крепкий затылок, широкая грудь и все другие части тела вполне соразмерные, но выглядел он хмурым и суровым. В одно ухо у него была вдета золотая серьга; она была украшена карбункулом, обрамлённым двумя жемчужинами. Одеяние его было белым и отличалось от одежды его приближённых только заметной чистотой.

— Лев Диакон[2]

Некоторые детали описания внешности Святослава Львом Диаконом допускают неоднозначное толкование. Так, вместо лат. barba rasa — безбородый, допустим перевод с редкой бородой, а клок волос может свисать не с одной, а с двух сторон головы. Именно таким — с редкой бородой и двумя косами — предстаёт Святослав на страницах «Истории» С. М. Соловьёва[35].

Плоский нос, а не курносый указан в первом переводе на русский Поповым Д.[36]

Примечателен комментарий М. Я. Сюзюмова и С. А. Иванова касательно описания внешности, приведённого Диаконом:

Лев Диакон так описывает мирные переговоры, как будто сам был их очевидцем. Но вряд ли это так. Он, возможно, правильно — по рассказам очевидцев — рисует наружность Святослава, но повествование его не вызывает доверия из-за особого пристрастия подражать древним авторам. В данном случае, как показал Газе (489), описание наружности Святослава напоминает описание Приском Аттилы.

— Сюзюмов М. Я., Иванов С. А.[37]

Сыновья[ | код]

Известны сыновья Святослава Игоревича:

Имя матери Ярополка и Олега история не сохранила[прим. 7], в отличие от матери Владимира Малуши (в официальном браке с ней Святослав не состоял, она была лишь наложницей).

Иоанн Скилица также упоминает «брата Владимира, зятя василевса» Сфенга, который в 1016 году помог византийцам подавить восстание Георгия Цула в Херсонесе[38]. В древнерусских летописях и других источниках имя Сфенга не встречается. По гипотезе А. В. Соловьева, здесь имеется в виду не брат, а сын Владимира и внук Святослава Мстислав[39].

Оценка в историографии[ | код]

Русский историк Н. М. Карамзин назвал его Александром (Македонским) нашей древней истории[40]. По словам советского историка академика Б. А. Рыбакова, походы Святослава 965968 годов «представляют собой как бы единый сабельный удар, прочертивший на карте Европы широкий полукруг от Среднего Поволжья до Каспия и далее по Северному Кавказу и Причерноморью до балканских земель Византии»[41].

Иначе оценивал заслуги Святослава С. М. Соловьев:

« Святослав представлен образцом князя-воина, который с своею отборною дружиною покинул Русскую землю для подвигов отдаленных, славных для него и бесполезных для родной земли.
Соловьев С. М.[42]
»

Говоря о походах Святослава, историк А. А. Шахматов отмечал, что их «двигателями оказываются не государственные интересы, а хищнические инстинкты»[43].

Украинский историк М. С. Грушевский назвал Святослава «чистым запорожцем на киевском престоле»[44].

Образ Святослава в искусстве[ | код]

Великий князь Святослав, целующий мать и детей своих по возвращении с Дуная в Киев.
И. А. Акимов, 1773 г.

Впервые личность Святослава привлекла внимание русских художников и поэтов во время русско-турецкой войны 1768—1774 годов, действия которой, как и события кампаний Святослава, развернулись на Дунае. Среди созданных в это время произведений следует отметить трагедию «Ольга» Я. Б. Княжнина (1772), в основу сюжета которой положена месть Ольги за убийство древлянами её мужа Игоря. Святослав предстаёт в ней в качестве главного героя. Соперник Княжнина Н. П. Николаев также создал пьесу, посвящённую жизни Святослава. В картине И. А. Акимова «Великий князь Святослав, целующий мать и детей своих по возвращении с Дуная в Киев» показан конфликт между военной доблестью и верностью семье, отражённый в русских летописях:

« Ты, князь, ищешь чужой земли и о ней заботишься, а свою покинул, а нас чуть было не взяли печенеги, и мать твою, и детей твоих. »

В XIX веке интерес к Святославу несколько уменьшился. Повесть А. Ф. Вельтмана «Райна, королевна болгарская» (1843), посвящённая болгарским походам, была издана Иоакимом Груевым на болгарском языке в 1866 году в Вене, Добри Войников на её основе поставил в Болгарии драму «Райна-княгиня», а выполненные художником Николаем Павловичем иллюстрации к «Райне…» (1860—1880) вошли в классику болгарского изобразительного искусства[45]. Чуть ранее эпизод со Святославом был включён Вельтманом в роман «Светославич, вражий питомец. Диво времён Красного Солнца Владимира» (1837)[46]. В 1862 году горельеф Святослава в ряду тридцати шести военных полководцев и героев был изображён на памятнике Тысячелетие России (скульптор М. О. Микешин). Здесь его портрет следовал за позднесредневековой изобразительной традицией из царских титулярников — князь был изображён в шлеме. Около 1880 года К. В. Лебедев написал картину, проиллюстрировавшую описание Льва Диакона встречи Святослава с Цимисхием.

В начале XX века Е. А. Лансере создал скульптуру «Святослав на пути к Царь-граду»[47]. В 1910 году в память о гибели Святослава Игоревича у днепровского порога Ненасытецкого был установлен памятный знак. Он представляет собой чугунную мемориальную плиту (площадью ок. 2 м²), укреплённую на массивном гранитном валуне. Валун увенчан вазой, установленной на стилизованной античной колонне. Это один из редчайших сохранившихся дореволюционных памятников, посвящённых Древней Руси.

Святославу посвящены стихотворения Велимира Хлебникова, Валерия Брюсова, исторический роман «Святослав» (1958) украинского писателя Семёна Скляренко и повесть «Чёрные стрелы вятича» В. В. Каргалова. Образ Святослава создан Михаилом Казовским в его историческом романе «Дочка императрицы» (1999). В романах Александра Мазина «Место для битвы» (2001) (окончание романа), «Князь» (2005) и «Герой» (2006) подробно описан жизненный путь Святослава, начиная от сражения с древлянами в 946 году, и заканчивая смертью в сражении с печенегами. В романе Сергея Алексеева «Аз Бога Ведаю!» подробно описан жизненный путь Святослава, его борьба с Хазарским каганатом и смерть на Днепровских порогах. Роман «Улеб Твердая Рука» (1978) писателя Игоря Коваленко посвящён периоду правления на Руси киевского князя Святослава.

Образ Святослава популярен в неоязыческой литературе и искусстве. В 2003 году вышла книга Льва Прозорова «Святослав Хоробре. Иду на вы!». В последующие годы книга неоднократно переиздавалась.

В постсоветское время были установлены памятники Святославу Игоревичу в Киеве (два памятника), селе Старые Петровцы Киевской области, Запорожье, Мариуполе, Серпухове.

Определённый общественный резонанс вызвал проект памятника князю Святославу работы известного российского скульптора В. М. Клыкова, который первоначально предполагалось установить в Белгороде. Скульптурная композиция, посвящённая 1040-летию разгрома Хазарского каганата, была изготовлена по инициативе возглавляемого В. М. Клыковым Международного фонда славянской письменности и культуры. Представители Федерации еврейских общин России (ФЕОР) и Евроазиатского еврейского конгресса (ЕАЕК) выразили протест по поводу изображения на щите поверженного хазарского воина звезды Давида, усматривая в этом антисемитские мотивы. В результате Правительство Белгородской области вначале отложило открытие памятника, а затем он был установлен в селе Холки Чернянского района Белгородской области (при этом вызвавший скандал элемент скульптурной композиции был видоизменён)[48][49][50].

Портрет Святослава используется в эмблеме ультрас киевского футбольного клуба «Динамо», кроме того название «Святослав» носит печатное издание болельщиков киевского «Динамо»[51].

В 1983 году режиссёром Юрием Ильенко был снят художественный кинофильм «Легенда о княгине Ольге», в роли Святослава — Лесь Сердюк.

Примечания[ | код]

Комментарии
  1. В. Н. Татищев называет 920 год, ссылаясь на Ростовский и Новгородский манускрипты. В Новгородской I летописи упомянуто о рождении Святослава в недатированной части, после сообщения о браке Игоря и Ольги, как часть характеристики Ольги, после чего сообщения летописи начинают датироваться с 920 года, под которым упомянут первый поход Игоря на Византию, состоявшийся в 941 году. Возможно, это послужило Татищеву основанием указать 920 год.
  2. Летописи сообщают о воеводе Игоря и Святослава Свенельде, византийские источники упоминают русского вождя в войске Святослава Сфенкела и Сфенга, предполагаемого сына Святослава.
  3. По другим данным вес золота составил 680 кг. (Харрис, стр. 217).
  4. 969 год указан в византийских хрониках. ПВЛ относит возвращение Святослава в Болгарию к 971 году, но её хронология признана ошибочной
  5. Дольше других держался город Филиппополь, после падения которого Святослав предал его защитников мучительной смерти посажением на кол (Харрис, стр. 218).
  6. «Тогдашняя политика Императоров не знала великодушия: предвидя, что Святослав не оставит их надолго в покое, едва ли не сами Греки наставили Печенегов воспользоваться слабостию Российского войска». История государства Российского. — Т. 1. — Гл. 7.
  7. Согласно Иоакимовской летописи матерью Ярополка и Олега была некая угорская княжна. В. Н. Татищев в одном из примечаний называет её Предславой.
Сноски
  1. Ипатьевская летопись
  2. 1 2 3 Лев Диакон. «История» в переводе М. М. Копыленко. Книга 9-я. Комментарии М. Я. Сюзюмова и С. А. Иванова.
  3. Константин Багрянородный. Об управлении империей. О Моравии.
  4. Членов А. М. К вопросу о имени Святослава // Личные имена в прошлом, настоящем и будущем: Проблемы антропонимики. — М., 1970.
  5. Литвина А. Ф., Успенский Ф. Б. Выбор имени у русских князей в X—XVI вв. Династическая история сквозь призму антропонимики. — М.: Индрик, 2006. — 904 с. — 1000 экз. — ISBN 5-85759-339-5. — C. 41.
  6. Янин В. Л. Актовые печати Древней Руси. — М., 1970. — С. 38—41.
  7. Молчанов А. А. Печать Святослава Игоревича (к вопросу о сфрагистических атрибутах документов внешней политики Древней Руси Х в.) // Внешняя политика Древней Руси. — М., 1988. — С. 50—52.
  8. Договор 944 года приведён в Повести временных лет (ПВЛ) под 945 годом.
  9. ПВЛ под 946 годом.
  10. Константин Багрянородный. Об управлении империей. Глава 9.
  11. Константин Багрянородный. Об управлении империей. Глава 9. Комментарий.
  12. Ср. в Синодальном переводе: «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия»
  13. Древняя Русь в свете средневековых источников. Т.4. М., 2010. — С.46-47.
  14. Вадим Серов. Энциклопедический словарь крылатых слов и выражений. — М.: Локид-пресс, 2003.
  15. ПВЛ под 964 годом.
  16. Сахаров А. Н. Дипломатия Святослава. — М.: Международные отношения, 1982.
  17. ПВЛ под 965 годом.
  18. 1 2 3 Новосельцев А. П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. — М.: Наука, 1990].
  19. Еще раз о «Записке греческого топарха» Румянцевский музей.
  20. Такой взгляд высказывали В. Н. Златарский, М. Н. Тихомиров, М. В. Левченко, В. Т. Пашуто, А. Стоукс, А. Н. Сахаров
  21. Харрис, 2017, 217.
  22. Лев Диакон. «История»/ Книга 5-я.
  23. ПВЛ под 967 годом.
  24. ПВЛ под 969 годом.
  25. Татищев В. Н. История Российская. Том 2. — М., 2003. — С. 38.
  26. 1 2 Харрис, 2017, с. 218.
  27. Харрис, 2017, с. 219.
  28. Лев Диакон. «История» в переводе М. М. Копыленко. Книга 6-я. Комментарии М. Я. Сюзюмова и С. А. Иванова.
  29. Харрис, 2017, с. 220.
  30. ПВЛ под 972 годом.
  31. Константин Багрянородный. Об управлении империей Архивировано 22 июня 2012 года..
  32. Иоанн Скилица. О войне с Русью.
  33. Лев. 20, 9.
  34. ПВЛ под 6463 годом.
  35. Цветков С. Э. Русская земля. Между язычеством и христианством. От князя Игоря до сына его Святослава. — М.: Центрполиграф, 2012. — ISBN 978-5-227-03441-0.
  36. Попов Д. История Льва Диакона Калойского и другие сочинения византийских писателей. — С-Петербург. При Императорской Академии Наук, 1820-01-01. — 200 с.
  37. Комментарий 59 к книге 9-й «Истории» Диакона. — М., 1988. — C. 214.
  38. История Византии / Отв. редактор акад. С. Д. Сказкин — М.: Наука, 1967. — Т. 2. — Ч. 2. — Гл. 15.
  39. Soloviev A. V. Domination byzantine ou russe au nord de la Mer Noire a l’epoque des Comnenes? — «Akten des XI. Internationalen Byzan-tinisten-Kongresses». — Munchen, 1960. — P. 575.
  40. Карамзин Н. М. История государства Российского. — Т. 1. — Гл. 7.
  41. История СССР с древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1966. — Т. 1.
  42. Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Т. I — СПб.: Издание Высочайше утвержденного Товарищества «Общественная Польза», 1896. — С. 151—152.
  43. Шахматов А. А. Введение в курс истории русского языка. Ч. 1. Исторический процесс образования русских племен и наречий / А. А. Шахматов. - Пг., 1916. - С. 76
  44. М. Грушевський. Історія України-Руси. Том I. Розділ VIII. Стор. 4
  45. Калугин В. И. Романы Александра Вельтмана // Вельтман А. Романы. — М.: Современник, 1985. — (Из наследия).
  46. Вацуро В. Э. Болгарские темы и мотивы в русской литературе 1820—1840-х годов (Этюды и разыскания) // Избранные труды. — М.: Языки славянской культуры, 2004. — С. 575—576.
  47. Фотография скульптуры.
  48. «ФЕОР считает установку в Белгороде памятника князю Святославу Киевскому провокацией»
  49. «Неразумных хазар приняли за евреев»
  50. Шнирельман В. А. Хазарский миф: Идеология политического радикализма в России и её истоки. М.- Иерусалим. — С. 221, 225.
  51. Вийшов з друку третiй номер журналу «Святослав» — видання вболівальників «Динамо Київ» (укр.). Біло-Сині, 02 ноября 2011.

Литература[ | код]

  • Карышковский П. О. Русско-болгарские отношения во время Балканских войн Святослава // Вопросы истории. — 1951. — № 8.
  • Карышковский П. О. О хронологии русско-византийской войны при Святославе // Византийский временник. — 1952. — Т. 5.
  • Карышковский П. О. К вопросу о первоисточниках по истории походов Святослава // Краткие сообщения Института славяноведения. — 1952. — № 9.
  • Карышковский П. О. Балканские войны Святослава в византийской исторической литературе // Византийский временник. — 1953. — Т. 6.
  • Гиппиус А. А. Как обедал Святослав? (текстологические заметки) // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. — 2008. — № 2. — С. 47—54.
  • Прозоров Л. Р. Святослав Великий: «Иду на вы!». 7-е изд. — М.: Яуза-пресс, 2011. — 512 с. ISBN 978-5-9955-0316-3.
  • Джонатан Харрис. Византия. История исчезнувшей империи = JONATHAN HARRIS. The Lost World of Byzantium. — М.: Альпина Нон-фикшн, 2017.

Ссылки[ | код]