Нацизм

Национал-социализм
Flag of Germany (1935–1945).svg
Идеология
Политика
История
Персоналии
Организации
Партии и движения
Родственные понятия

Национа́л-социали́зм (нем. Nationalsozialismus), более известный как нацизм, — тоталитарная[1][2] ультраправая расистская и антисемитская идеология[3][4], форма фашизма[5]. Сочетает этнический национализм[6], идею «арийской расы», её биологического и культурного превосходства над другими расами[7], расовый антисемитизмсемитская раса» рассматривается как антипод и главный враг «арийской»)[8][6], славянофобию[9][10][11][12], идею «арийского» (немецкого национального) социализма, антикоммунизм, антидемократизм[13]. Идеология Национал-социалистической немецкой рабочей партии (нем. NSDAP). Официальная политическая идеология нацистской Германии[14][15][16][17][18][19][20][21][22].

Национал-социализм объявлял своей целью создание и утверждение на достаточно обширной территории «расово чистого» государства «арийской расы», имеющего всё необходимое для благополучного существования на протяжении неопределённо долгого времени («тысячелетний рейх»)[1].


Формирование[ | ]

Нацизм возник в результате развития и радикализации немецкого национализма и национального романтизма. Этнический национализм возник в Германии на рубеже XVIII—XIX веков, когда страна была раздроблена. В его основе лежала идея культурного единства всех немцев независимо от государственной принадлежности[6]. Теоретически это обосновал Иоганн Гердер, первым приписавший культуре черты индивида[23]. Основу германского национализма составляло холистическое представление о населении, которое объединено общими языком и культурой и представляет собой своего рода единый организм, наделённый общей духовностью и общим психическим склад, что отличает его от таких же характеристик других народов. Духовность передаётся из поколения в поколение, то есть якобы наследуется биологическим путем и связывает народ и с определённым физическим обликом. Эта связь обусловливает большую глубину и непрерывность истории народа, что позволяет искать его корни в далёком прошлом. Распространено представление, что именно в отдалённом прошлом народ обладал первозданной культурной и биологической чистотой[24].

Имея общий «дух», народ должен иметь и общие интересы, разделять единую идеологию. Радикальный национализм (интегральный национализм) признаёт деление общества на социальные группы или классы, но рассматривает их в качестве функциональных категорий, работающих на общее дело. Идеальной политической организацией считается единое общенародное государство с одной партией и одним лидером, что должно исключить борьбу классов. В нацизме эта идея выражена в лозунг: «Один народ, одна партия, один фюрер»[25]. Раньше сходную позицию занимали русские черносотенцы[26]. Культуры народов представляются как сторого локальные, развивающиеся своим путём и неспособные достичь полного взаимопонимания по причине различного «народного духа».

«Народный дух» часто отождествляется с религией, поэтому возникает стремление создать или возродить собственную религию или национализировать одну из мировых религий. Генрих Гейне (1888) связывал национализм с язычеством. Разделявший его мнение философ Н. А. Бердяев отмечал закономерность тенденции перехода германского антисемитизма в антихристианство. Публицист Д. С. Пасманик (1923) писал, что последовательный антисемитизм должен отвергать не только иудаизм, но и христианство.

Утверждается, что «дух» народа определяется конкретными природными окружением, и тесные контакты с другими культурами разрушают «дух нации». Исторический процесс рассматривается в качестве борьбы разных народов и рас. Стремление сохранить культуру в «первозданной чистоте» и защитить свой народ от якобы враждебных ему народов и рас приводит к идее этнических чисток[6].

Существенный вклад в формирование нацистской идеологии внесла эзотерика, которая в Германии и Австрии начала XX века была тесно связана с местным агрессивным национализмом и расизмом[27][28][29].

Идеология[ | ]

Стереотипные изображения еврея и «арийки». Германия, 1920

Идеи национал-социализма были изложены в программной книге Адольфа Гитлера «Моя борьба»[30]. В том числе:

Идеология нацизма основывалась на концепции древней «арийской расы», рассматриваемой как высшая раса, занимающая высшую позицию в «расовой иерархии». При этом германские народы считались наиболее «расово чистыми» существующими народами «арийского происхождения»[7]. Нацистская концепция «арийской расы» развилась из более ранней супремасистской концепции расы, поддерживавшейся такими расовыми теоретиками, как Артюр де Гобино и Хьюстон Чемберлен[31]. Нацистский расовый теоретик Ханс Гюнтер в своей книге «Расовая наука немецкого народа» (1922) определил каждый расовый подтип в соответствии с общим физическим обликом и психологическими качествами, включая «расовую душу» — со ссылкой на эмоциональные черты и религиозные убеждения. Он приводил детальную информацию о цвете волос, глаз и кожи, строении лица. Онписал, что немцы представлены всеми пятью выделяемыми им европейскими расовыми подтипами, но подчёркивал их сильное нордическое наследие[32].

В концепции Гюнтера евреи происходят от неевропейских рас, особенно от расы, которую он классифицировал как «ближневосточную», более известную как арменоидный тип. Он утверждал, что такое происхождение делает евреев принципиально отличными от немцев и большинства европейцев и несовместимыми с ними. В своей работе «Расовые свойства еврейского народа» Гюнтер утверждал, что «расовая душа» «ближневосточной расы» характеризуется «коммерческим духом». Согласно Гюнтеру, «ближневосточный тип» представлен в основном коммерчески настроенными и ловкими торговцами, обладающими развитыми навыками психологического манипулирования. Он утверждал, что «ближневосточная раса» была «порождена не столько для завоевания и эксплуатации природы, сколько для завоевания и эксплуатации людей»[8].

Гюнтер считал, что славяне принадлежат к «восточной расе», отдельной от немцев и «нордидов», и предостерегал от смешения «немецкой крови» со «славянской»[33]. Гитлеровская концепция «арийской расы господ» («Herrenvolk») исключала из этой расы подавляющее большинство славян, поскольку считалось, что славяне испытывают опасное еврейское и азиатское влияние[12][9]. По этой причине нацисты объявили славян «недочеловеками» («Untermenschen»)[12][10]. Идея нацистов, что славяне являются «низшими неарийцами», была частью планов по созданию «жизненного пространства на Востоке» для немцев и других германских народов в Восточной Европе, инициированных во время Второй мировой войны по «генеральному плану Ост». Миллионы немцев и других германских поселенцев должны были быть перемещены на завоеванные территории Восточной Европы, в то время как десятки миллионов славян предполагалось уничтожить, переселить или обратить в рабство[11].

Книга Альфреда Розенберга «Миф двадцатого века» (1930) была для нацистов второй по важности после «Майн кампф». Розенберг существенно повлиял на Гитлера, и, как считается, многое в «Майн кампф» было пересказом его идей[34][35][36]. Розенберг писал о необходимости заново переписать мировую историю, стержень которой он видел в вечном межрасовом конфликте. Все крупнейшие достижения мировой культуры он относил к людям «нордической крови» и осуждал нынешний упадок германской культуры, которую разрушал либерализм. Розенберг связывал творческий дух с расой и отрицал его наличие у тех, кто происходил от смешанных браков. Смешение рас, по его мнению, стало причиной упадка древних цивилизаций[6]. Розенберг рассматривал расу и народ как органическое единство души (народного духа) и тела, при котором сам образ мышления человека определялся строением его тела. Учение включало понятие «расовой душы». Культуре, тесно связанной с народом, также приписывалась расовая мистическая основа, а национальному характеру — неизменность[37][38]. Эти идеи обосновывали концепцию тоталитарного режима, сознательно ограничивавшего себя одним идеалом, одной политической партией и одним фюрером[34]. Антиинтеллектуализм Розерберга наиболее явно выражался в призыве отринуть современную цивилизацию, построенную на излишнем интеллектуализме, разрывающим связи человека с природой и расой. Миф, по его мысли, содержал более глубокую истоину, чем наука или здравый смысл. Розерберг сознательно строил «миф крови», или «религию расы» с целью создания нового человека и новой цивилизации[34][37][39]. Для построения нового мифа Розенберг использовал исландскую «Эдду», германскую «Песнь о Нибелунгах», индийскую Ригведу греческую «Илиаду». Однако вопреки этим источникам, не знавшим понятия расы, историософия Розенберга расматривала историю как борьбу рас.

Нацистская концепция расы не была строгой и неоднократно менялась в политических целях. Расовые признаки Гитлера и многих других нацистских лидеров не соответствовали «арийским» стандартам[34][37][40].

Термин «национал-социализм» появился из-за попытки создать националистическое переопределение «социализма», как альтернативу международному социализму и свободному рыночному капитализму. Нацизм отвергает марксистские концепции классовой борьбы, противился космополитическому интернационализму и стремился убедить все части нового немецкого общества подчинить свои интересы ради «общего блага[en]», принимая политические интересы в качестве приоритета экономического устройства[41][42][43].

Гитлер объяснял своё понимание связи социализма и национализма следующим образом[44]:

Социализм — это учение о том, как следует заботиться об общем благе. Коммунизм — это не социализм. Марксизм — это не социализм. Марксисты украли это понятие и исказили его смысл. Я вырву социализм из рук социалистов.

Социализм — древняя арийская, германская традиция. Наши предки использовали некоторые земли сообща. Они развивали идею об общем благе. Марксизм не имеет права маскироваться под социализм. В отличие от марксизма, социализм не отрицает частную собственность и человеческую индивидуальность. В отличие от марксизма, социализм патриотичен. <…>

Мы могли назвать себя Либеральная партия. Но мы решили назваться Национал-социалистами. Мы не интернационалисты. Наш социализм национален. Мы требуем исполнения государством справедливых требований трудящихся классов на основе расовой солидарности. Для нас раса и государство — это единое целое.

Нацизм отличается ярко выраженным антиинтеллектуализмом и антинаучностью, поскольку входит в резкое противоречие с научными знаниями и стремится подчинить науку своим интересам. В Третьем рейхе ценность научной методологии и объективного знания отрицалась, единственной методологической основой для историков объявлялся «германский патриотизм»[45]. В Германии 1930-х годов получили развитие псевдонаучные школы, которые, имея поддержку нацистских властей, осуществляли погромы своих оппонентов.

К числу таких течений принадлежала школа австрийского инженера Ганса Хёрбигера, создавшая мистическую схему мировой истории, опиравшуюся на доверие к древним мифам в фантастической трактовки. Эта школа создала доктрину вечного льда, включающую теорию катастроф, идеи о «допотопных цивилизациях» (в том числе об Атлантиде), людях-богах, цикличности мировой истории, обусловленной вечной борьбой между «космическим льдом» и огнем. Доктрина включала учение, что Луна была захвачена Землей, что привело к изменению положения полюсов, затем к оледенению, вызвавшую смену рас и упадок цивилизаций. Создатели прежних цивилизаций обладали высшими знаниями и сохранили эти тайные знания для будущих поколений. Другая нацистская школа развивала идею полой Земли[25][40][46]. Одним из идеологов нацизма был Герман Вирт, голландско-немецкий этнолог и мистик, автор псевдонаучной теории о высокоразвитой арктической («гиперборейской») «арийской» цивилизации. При поддержке рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера в 1935 году Вирт стал первым руководителем Аненербе, псевдонаучной организации, созданной для изучения в рамках эзотерики истории и наследия нордической расы[6].

Символика[ | ]

Главный символ нацизма, свастика, был основным наследием ариософии. Молодой Гитлер вдохновлялся лекциями поэта Альфреда Шулера, который принёс ариософскую идею свастики в Германию[6]. В представлении Гитлера свастика символизировала «борьбу за торжество арийской расы». В таком выборе соединилось и мистическое оккультное значение свастики, и представление о свастике как об «арийском» символе (ввиду её распространённости в Индии), и утвердившееся уже использование свастики в немецкой крайне правой традиции: её использовали некоторые австрийские антисемитские партии[47]. НСДАП использовала не лево-, а правосторонний её вариант. Это произошло вопреки мнению эрудированного члена Общества Туле, зубного врача Фридриха Крона, который ссылался на буддизм, где левосторонняя свастика означает удачу и здоровье, а правосторонняя — упадок и смерть. Однако большинство членов Общества Листа и Общества Туле не придавали этому большого значения и отдавали предпочтение правосторонней свастике. Это мнение разделял и Гитлер. Символом нацизма стала правосторонняя свастика, вписанная в белый круг на красном фоне. Этот дизайн был предложен Кроном, богатую домашнюю библиотеку которого посещал Гитлер. Впервые данная свастика появилась на митинге НСДАП в Штарнберге 20 мая 1920 года[48].

Практическая реализация[ | ]

24 февраля 1920 года Гитлер, выступая в пивном ресторане Хофбройхаус (Hofbräuhaus), огласил составленные им, Дрекслером и Федером «двадцать пять пунктов», которые стали программой нацистской партии. «Двадцать пять пунктов» сочетали пангерманизм, требования отмены Версальского договора, антисемитизм, требования «социалистических преобразований» и сильной центральной власти[49].

На выборах в Рейхстаг 5 марта 1933 года представители НСДАП совместно с Немецкой националистической народной партией (DNVP), которая самораспустилась 27 июня 1933 года[50], получили большинство (52 %) голосов[51]. При этом повсеместно сторонники Гитлера получали больше голосов, чем любая другая партия. Максимальный процент голосов, поданных за коммунистов, был подан в Берлине, где голоса за них и за сторонников Гитлера поделились поровну. Только за НСДАП по Германии проголосовало 43,9 % населения[52].

В немецкой исторической литературе эпоха Третьего рейха называется временем «восхищения и террора» (Faszination und Gewalt) [53] Для объединения нации в то время весьма эффективно использовался лозунг: «Один народ, одна империя, один вождь» (Ein Volk, Ein Reich, Ein Führer)

Для противостояния внешнему врагу в лице международного капитала (в первую очередь — Франции) и «Коминтерна», в довоенной Германии была организована служба информации населения, находившаяся под постоянным жёстким партийным контролем. С этой целью 13 марта 1933 года было создано Имперское министерство народного просвещения и пропаганды во главе с Йозефом Геббельсом[54].

Существовала строгая цензура, а вредные с идеологической точки зрения книги публично уничтожались процессом сожжения. 7 мая 1933 года был опубликован список печатных произведений «антинемецкого» содержания. Их предлагалось изъять из продажи и библиотек. В начале мая состоялись публичные сожжения подобной литературы[55]

Программные установки НСДАП[ | ]

Основные идеи Гитлера нашли отражение в опубликованной в 1920 году программе НСДАП (программа «25 пунктов»), стержень которой составляли следующие требования[источник не указан 4122 дня]:

  • ликвидация последствий Версальского диктата;
  • обретение жизненного пространства для растущего народа Германии и германоязычного населения;
  • восстановление мощи Германии путём объединения под единым государственным управлением всех немцев и подготовка к войне (при категорическом исключении возможности войны на два фронта);
  • очищение германской территории от засоряющих её инородцев, прежде всего евреев;
  • освобождение народа от диктата мирового финансового капитала и всемирная поддержка мелкого и ремесленного производства, творчества лиц свободных профессий;
  • решительное противостояние коммунистической идеологии;
  • улучшение условий жизни населения, ликвидация безработицы, массовое распространение здорового образа жизни, развитие туризма, физкультуры и спорта.

Программные установки Гитлера[ | ]

Выступая перед представителями верховного командования вермахта 3 февраля 1933 года, Гитлер высказался следующим образом: «…важнейшей предпосылкой для достижения цели является возрождение политической мощи (нем. politische Macht), на что должны быть мобилизованы все ресурсы, которыми располагает государство».

  1. Внутри государства:

Полный отказ от прежней внутренней политики. Нетерпимость к любым попыткам отвлечь от выполнения этой задачи (в том числе отказ от пацифизма). Кто не подчиняется этому, должен быть принуждён подчиниться. Искоренение марксизма в корне. Убеждение молодёжи и народа в целом в том, что нас может спасти только борьба, и что возврата к прошлому нет. (Проведение политики расширения нацизма с целью привлечь миллионы к национал-социализму). Воспитание юношества в военном духе любыми средствами. Введение смертной казни в отношении всех предателей народа и государства. Строгое авторитарное управление страной. Устранение любых метастаз демократии.

  1. Вне государства:

Противостояние диктату Версаля. Завоевание равных прав на основании Женевских соглашений, что будет бесполезно в случае, если народом не овладеет воля к вооружённой борьбе. Забота о союзниках.

  1. В хозяйстве:

Забота о сельском населении. Простое увеличение экспорта бесполезно, поскольку покупательная способность в масштабах мировой экономики ограничена и имеет место перепроизводство продукции сельского хозяйства. Единственный выход из создавшейся ситуации с безработицей лежит в политике освоения новых территорий. Однако это — длительный процесс и быстрых результатов в ближайшее время ждать не приходится, ибо жизненного пространства у немецкого народа слишком мало.

  1. Возрождение вермахта.

Это — важнейшая предпосылка для успешного достижения цели. Введение всеобщей воинской обязанности. При этом органы государственной власти должны бдительно следить, чтобы армия не была поражена пацифизмом, коммунизмом или большевизмом или, по крайней мере, эти идеи никак не влияли бы на исполнение воинского долга[56].

Расовая политика[ | ]

Еврейские женщины из гетто в Мизоче (Польша, ныне Украина), некоторые из которых держат на руках детей, ждут очереди на свою казнь, осуществляемую сотрудниками немецких Полиции безопасности (Зипо) и Службы безопасности (СД) при поддержке Украинской вспомогательной полиции
Немецкий полицейский добивает выживших еврейских женщин и детей после массовой казни

В нацистской Германии и на оккуированных ею терриориях нацисты проводили политику расовой дискриминации и ксенофобии , основанной на концепции «расовой гигиены».

Концепция «расовой гигиены» утверждала, что смешение рас якобы даёт нежелательные последствия, поэтому необходимо разделять людей на представителей высшей расы и низших элементов и необходимость соответствующего отбора. Первых следовало искусственно поддерживать, тогда как воспроизводство вторых требовалось предотвращать. Эта концепция также требовала проводить стерилизацию или уничтожение алкоголиков, эпилептиков, лиц с различными наследственными болезнями, слабоумных. Стремление к поддержанию «расовой гигиены» реализовывалось в государственных программах истребления различных категорий людей, в том числе в «Программе умерщвления Т-4».

В соответствии с принципами «расовой гигиены» главным объектом преследования стали евреи, которые были лишены прав гражданства, возможности работать на государственной службе, иметь частную практику и собственный бизнес, вступать в брак с немцами (немками) и получать образование в государственных учебных заведениях. Их собственность и предприятия регистрировались и подвергались конфискации. Постоянно совершались акты насилия, и официальная пропаганда разжигала либо подогревала среди этнических немцев чувства предубеждения и ненависти к евреям. Позже евреи были подвергнуты планомерному уничтожению. Аналогичные действия совершались по отношению к славянам, цыганам, душевнобольным, инвалидам, гомосексуалам и ряду других категорий людей, считавшихся «неполноценными».

Морально-психологическая атмосфера в обществе[ | ]

Официально принятое определение нацистского рейха рассматривало его как общество — «Народ, не знающий классов и сословных противоречий, сообщество людей, объединённых единством крови, общностью судьбы и убеждений»[57].

В соответствии с единственным за время нацизма опросом населения (на 1 января 1935 года) наибольший процент членов партии из всех категорий населения имели учителя (29,4 %, составляя всего 0,9 % от общего числа жителей). В это же время рабочие, составлявшие 46,3 % населения, давали партии лишь 5,1 % от своей численности)[58]. В то же самое время вермахт в соответствие с Конституцией страны и Воинским уставом не имел права вести какую-либо политическую деятельность. В значительной степени это подкреплялось и сохранившимися от старой прусской армии аристократическими традициями, исключавшими увлечение какой-либо социал-демократической демагогией. Более того, поступление на службу в Вермахт для некоторых было способом уйти во внутреннюю политическую эмиграцию и избавиться от партийной атмосферы[59].

Стереотипы поведения лояльного бюргера в Третьем рейхе включали в свой состав черты, свойственные жителям Германии, наследуемые ими от своих предшественников в прошедшие годы, а также вновь приобретённые в годы нацизма. К числу первых из них относятся немецкая аккуратность и педантичность в выполнении любой работы, трудолюбие, а также дисциплинированность, проявляющая себя в беспрекословном подчинении вновь появившемуся авторитету, которое они проявляют с таким же рвением, как к авторитету ушедшему[60].

Весьма распространённой чертой был и бытовой антисемитизм[61].

В массах существовала и застарелая антипатия к Франции, которая в годы раздробленности Германии нередко пользовалась её положением и осуществляла агрессию, зачастую сопровождаемую оскорбительными для национального самолюбия действиями (войны Людовика XIV и Наполеона).

К вновь приобретённым чертам относится оставшийся в памяти дожившего до лет нацизма поколения позор капитуляции в 1918 году и, особенно, грабительские условия Версальского договора, усугубившиеся общемировым кризисом 1920-х годов. На этом фоне успехи администрации Гитлера, сумевшего существенно уменьшить безработицу и реализовать некоторые социальные проекты, успехи в достижении которых отмечались не только в границах Рейха, но и за границей.[62] Одновременно с этим были запрещены профсоюзы и заменены другими корпоративными структурами, ликвидирована свобода слова и практически отменена система представительства масс в органах власти.

Значительная часть интеллигенции либо бежала за границу, либо оказалась в концентрационных лагерях, что ощутимо понизило культурный уровень населения[57].

Общая атмосфера в государстве характеризовалась смесью экзальтированного восхищения Гитлером и жестокими репрессиями со стороны партийных структур[63]. Посол Франции Андре Франсуа-Понсе (фр. André François-Poncet) описывал обстановку в дни проведения партийных съездов в Нюрнберге[63]:

То, что можно было увидеть, невозможно описать словами. Город полностью был погружён в атмосферу общего энтузиазма. Сотни тысяч мужчин и женщин были охвачены романтическим возбуждением, находились в состоянии мистического экстаза, своеобразной всеобщей манией рабов. В течение семи дней Нюрнберг был городом, в котором царили чувства отрешенного от действительности ощущения счастья и радости.

С такими настроениями немецкий обыватель подошёл к началу войны и эти настроения достигли апогея к лету 1940 г. Затем, по мере получения тщательно скрываемых пропагандой плохих известий, настроение стало меняться, что стало особенно заметно после катастрофы под Сталинградом. Некоторые начали серьёзно задумываться о пагубности проводимой политики. В то время появилось издевательское перефразирование слов национального гимна Хорст Вессель: «Выше нос, глаза закройте крепче» (нем. «Die Nase hoch, die Augen fest geschlossen»). А также ироничное: «Наслаждайтесь войной, мир будет ужасен» (нем. «Geniesst den Krieg, der Friede wird fürchterlich»)[64].

После вступления Красной Армии на немецкую территорию настроения в немецком обществе, в особенности на территориях, оккупированных советскими войсками, заметно изменились, поскольку

Проповеди ненависти Ильи Эренбурга, уже принёсшие свои плоды на Востоке, план Моргентау, то есть план предполагаемой территориальной «кастрации» Германии, и требование безоговорочной капитуляции… придали сопротивлению очень острый и ожесточённый характер… Подавляющее большинство немцев не видело для себя иного выхода, кроме борьбы. Даже явные противники нацистского режима становились теперь отчаянными защитниками своей родины[65].

Национал-социализм и религия[ | ]

В рамках национал-социализа получило распространение созданное в XIX веке авторами расовых теорий «арийское христианство» («деиудаизация», «арианизация» христианства), антисемитская идеологическая концепция, согласно которой христианство имеет «арийское» происхождение и сущность и должно быть очищено от наследия иудаизма. Центральной была идея «арийского Иисуса»: утверждалось, что Иисус Христос по происхождению или по духу был «арийцем». Перед сторонниками «арийской» идеи, в том числе национал-социализма, стоял вопрос об отношении к христианству как к религии, тесно связанной с иудазмом. Часть из них отвергла христианство и обратилась к неоязычеству, другие стремились очистить христианство от любых следов иудаизма и вернуться к «изначальному» «арийскому христианству». Умеренные сторонники «арийской» идеи принимали христианскую этику, считая её «арийской», тогда как радикалы усматривали в ней еврейское наследие, поскольку «арийское героическое начало» никак с ней не сочеталось[6].

В 1933 году Гитлер подписал Имперский конкордат — договор с Ватиканом о невмешательстве нацистов в дела католических организаций, также запрещавший церковнослужителям участвовать в германской политике[66]. Тем не менее, режим продолжал наступать на христианские церкви с целью ослабить их влияние. В 1935—1936 годах были арестованы сотни священников и монахинь, нередко по сфабрикованным обвинениям в незаконных валютных операциях и преступлениях сексуального характера[67][68]. Геббельс широко афишировал судебные процессы в рамках своих пропагандистских кампаний[67]. Общественные собрания были ограничены, католические издания подвергались цензуре. Католические школы были обязаны сократить программы религиозного обучения, в то время как из всех государственных учреждений были удалены распятия. Гитлер часто подвергал сомнению первоочерёдность «борьбы с церковью» (нем. Kirchenkampf), однако его воспалённые комментарии по данному поводу побудили Геббельса к ускорению секуляризации[69]. В феврале 1937 года он заявил о своём желании устранить протестантизм как таковой[70].

В 1937 году в ответ на преследования папа Римский Пий XI издал энциклику «Mit brennender Sorge» («С огромной обеспокоенностью»). Энциклика, выпущенная на пятое воскресенье великого поста, была тайно привезена и распространена в Германии. В ней папа осуждал систематические гонения режима на церковь[71]. Геббельс с новой силой подверг католические религиозные институты преследованиям и пропагандистским нападкам[72]. 28 мая он выступил в Берлине с речью. Присутствовавшие 20 тысяч членов НСДАП, а также радиослушатели услышали, как он обвинил католическую церковь в моральном разложении. Итогом кампании стало резкое падение количества учащихся в церковных школах: к 1939 году все они были закрыты или преобразованы в государственные учебные заведения. Угрозы и преследования вынудили представителей духовенства сдерживать критику в отношении режима[73]. Отчасти опасаясь негативных последствий во внешней политике, Гитлер в июле 1937 года приказал свернуть борьбу с церковью[74].

Оценки[ | ]

Отношение к нацизму в сильной степени зависело от политической конъюнктуры.

Отношение к нацизму как идеологии, конкурирующей в борьбе за симпатии рабочего класса, среди коммунистов было резко отрицательным. Хотя как в партийной символике, авторитарном стиле правления и в ряде лозунгов (например, в риторике левого крыла НСДАП, маршевых песнях СА, гимне НСДАП — песне Хорста Весселя, гимне Немецкого Рабочего Фронта, идеологической опоре на «человека труда», будь тот крестьянин или рабочий) наблюдалось ощутимое совпадение[75].

Однако время действия Пакта о ненападении (с 23 августа 1939 года по 22 июня 1941 года) было временем, когда «на смену вражде, всячески подогревавшейся со стороны некоторых европейских держав, пришло сближение и установление дружественных отношений между СССР и Германией»[76], что теоретически было обосновано в том же выступлении:

Идеологию гитлеризма, как и всякую другую идеологическую систему, можно признавать или отрицать, это — дело политических взглядов. Но любой человек поймёт, что идеологию нельзя уничтожить силой, нельзя покончить с нею войной. Поэтому не только бессмысленно, но и преступно вести такую войну, как война за «уничтожение гитлеризма», прикрываемая фальшивым флагом борьбы за «демократию».[77]

Но в дальнейшем, после нападения Германии, взгляды на национал-социализм вернулись к прежнему состоянию. Окончательная оценка была дана процессом в Нюрнберге. Ныне параграфом 86а Уголовного екса Германии запрещена пропаганда нацизма как антигосударственной идеологии.

В 2007 году социологическая служба «Forsa» по заказу журнала «Stern» провела опрос среди немцев, были ли у национал-социализма позитивные стороны, такие как строительство автобанов, ликвидация безработицы, низкая преступность или культ семьи. Двадцать пять процентов респондентов ответили на вопрос положительно[78].

20 декабря 2012 года Генеральная Ассамблея ООН приняла резолюцию, предупреждающую страны о недопустимости героизации нацизма, определённых видов практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости. Проект резолюции был подготовлен Россией в соавторстве с делегациями 36 стран[79]. «За» высказались 129 государств-членов ООН. «Против» выступили три страны — США, Канада и Палау, 54 страны воздержались[80]. В документе осуждалось возведение монументов эсэсовцам, мероприятия в их честь, а также разрушение и осквернение памятников воевавшим против нацистов[81]. Аналогичные резолюции были приняты Генеральными Ассамблеями ООН в 2013 году.

Россия на заседании Третьего комитета 69-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН (2014) представила резолюцию «Борьба с героизацией нацизма, неонацизма и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости». Из 193 стран-членов ООН документ поддержали 115, 55 делегаций решили воздержаться, 3 представителя (США, Украины и Канады) проголосовали против.

См. также[ | ]

Примечания[ | ]

  1. 1 2 Философия: Энциклопедический словарь / Под ред. А. А. Ивина. — М.: Гардарики, 2004. — 1074 с. — ISBN 5–8297–0050–6.
  2. Bracher K. D. Totalitarism. (англ.)
  3. Rachael Krishna. The Nazis were not socialists. Full Fact. Дата обращения: 14 мая 2020.
  4. см. Разделение на правых и левых в политике
  5. Neocleous, Mark. Fascism. Minneapolis, Minnesota, USA: University of Minnesota Press (англ.), 1997 p. 23.
  6. 1 2 3 4 5 6 7 8 Шнирельман, 2015.
  7. 1 2 Longerich, 2010, p. 30.
  8. 1 2 Alan E Steinweis. Studying the Jew: Scholarly Antisemitism in Nazi Germany. Harvard University Press, 2008. P. 28.
  9. 1 2 André Mineau. Operation Barbarossa: Ideology and Ethics Against Human Dignity. Rodopi, 2004. Pp. 34—36.
  10. 1 2 Steve Thorne. The Language of War. London, England, UK: Routledge, 2006. P. 38.
  11. 1 2 Joseph W. Bendersky. A concise history of Nazi Germany. Plymouth, England, UK: Rowman & Littlefield Publishers Inc., 2007. P. 161—162.
  12. 1 2 3 Longerich, 2010, p. 241.
  13. 1 2 Фрай Н. Государство фюрера. Национал-социалисты у власти: Германия, 1933—1945. М.: Росспэн, 2009. С. 32—41.
  14. National Socialism // Encyclopædia Britannica.
  15. National Socialism // Microsoft Encarta Online Encyclopedia 2007. Archived 2009-11-01.
  16. Raymond W. J. (англ.) Dictionary of Politics. (1992). p. 327. ISBN 1-55618-008-X
  17. National Socialism The Columbia Encyclopedia (англ.), Sixth Edition. 2001-07.
  18. Fritzsche P. Germans into Nazis. Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1998
  19. Kele M. H. Nazis and Workers: National Socialist Appeals to German Labor, 1919—1933. Chapel Hill: The University of North Carolina Press, 1972
  20. Eatwell, Roger. . «On Defining the ‘Fascist Minimum,’ the Centrality of Ideology», Journal of Political Ideologies (англ.) 1996 1(3):303-19
  21. Eatwell R. Fascism: A History. New York: Allen Lane.1997
  22. Payne S. G. A History of Fascism, 1914—45. Madison, WI: University of Minnesota Press (англ.), 1995
  23. Dumont, Louis. German Ideology. From France to Germany and back. Chicagoand London: University of Chicago Press, 1994. P. 10—11.
  24. Mosse, George L. The crisis of German ideology. Intellectual origins of the Third Reich. London: Weidenfeld and Nicolson, 1966. P. 16, 67.
  25. 1 2 Hermand, Jost. Old dreams of a new Reich: Volkisch utopias and national socialism. Bloomington: Indiana University Press, 1992. P. 190, 193.
  26. Раскин Д. И. Идеология русского правого радикализма в конце 19 — начале 20 вв. // Р. Ш. Ганелин (ред.). Национальная правая прежде и теперь: историко-социологические очерки. Ч. 1. СПб.: Институт социологии, 1992.
  27. Goldstein, J. A. On racism and anti-Semitism in Occult and Nazism // Yad Vashem Studies, 1979, vol. 13, p. 53—72.
  28. Spielvogel, J. and Redles D. Hitler’s racial ideology: content and occult sources // Simon Wiesenthal Center Annual, 1986, vol. 3, p. 227—246.
  29. Васильченко А. Оккультный миф III Рейха. М.: Яуза-Пресс, 2008. С. 468—472.
  30. Hitler A. Mein Kampf. München, 1933.
  31. Yenne, 2010, pp. 21—22.
  32. Anne Maxwell. Picture Imperfect: Photography and Eugenics, 1870—1940. Eastbourne, England: UK; Portland, Oregon, USA: Sussex academic press, 2008, 2010. P. 150.
  33. Racisms Made in Germany, Wulf D. Hund 2011. P. 19.
  34. 1 2 3 4 Viereck, Peter. Metapolitics. The roots of the Nazi mind. N. Y.: Capricorn Books, 1965. P. 219, 229, 230—231, 243, 252.
  35. Лакер У. Россия и Германия. Наставники Гитлера. Вашингтон: Проблемы Восточной Европы, 1991. С. 102—114.
  36. Gugenberger, Eduard & Schweidlenka, Roman. Die Fäden der Nornen. Zur Machtder Mythen in politischen Bewegungen. Wien: Verlag für Gesellschaftskritik, 1993. S. 153—154.
  37. 1 2 3 Chandler, A. R. Rosenberg’s Nazi myth. N. Y.: Greenwood Press, 1968. P. 6, 27, 70.
  38. Wiwjorra, Ingo. German archaeology and its relation to nationalism and racism // Margarita Diaz-Andreu, Timothy Champion (eds.). Nationalism and archaeology in Europe. London: UCL Press, 1996. P. 168.
  39. Cecil, R. The myth of the Master Race: Alfred Rosenberg and Nazi ideology. London: B. T. Batsford, 1972. P. 61—63.
  40. 1 2 Godwin, Joscelyn. Arktos. The Polar myth in scientific symbolism, and Nazi survival. London: Thames and Hudson, 1993. P. 48, 190.
  41. Kobrak, Christopher; Hansen, Per H.; Kopper, Christopher. Business, Political Risk, and Historians in the Twentieth Century // European Business, Dictatorship, and Political Risk, 1920-1945 (англ.) / Kobrak, Christopher; Hansen, Per H.. — New York City/Oxford: Berghahn Books (англ.), 2004. — P. 16—7. — ISBN 1-57181-629-1.
  42. Lepage, Jean-Denis. Hitler Youth, 1922-1945: An Illustrated History (англ.). — McFarland, 2009. — P. 9. — ISBN 978-0786439355.
  43. Dictionary Visions, Research and Practice: Selected Papers from the 12th International Symposium on Lexicography, Copenhagen 2004 (англ.) / Gottlieb, Henrik; Morgensen, Jens Erik. — illustrated. — Amsterdam: J. Benjamins Pub. Co., 2007. — P. 247. — ISBN 978-9027223340.
  44. No room for the alien, no use for the wastrel
  45. Fest, J. C. The face of the Third Reich. London: Penguin Books, 1979. P. 388—390.
  46. Jordan, Paul. The Atlantis Syndrom. Gloucestershire: Sutton Publishing Limited, 2001. P. 183.
  47. Shirer, William. The Rise and Fall of the Third Reich. London, 1960 = Ширер У. Взлёт и падение Третьего рейха / Пер. с англ. коллектив переводчиков / С предисловием и под ред. О. А. Ржешевского. М. : Воениздат, 1991. 653 с.
  48. Гудрик-Кларк, 1995, с. 169—170.
  49. Heiden, K. A history of national socialism. P. 20.
  50. Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945. Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin: Verlag der Nation, 1981. S. 24.
  51. Gerhart Binder. Epoche der Entscheidungen/ Eine geschichte des 20. Jahrhunderts mit Dokumenten in text und Bild. Sechste Auflage 40—48. Tausend. Seewald Verlag Stuttgart-Degerloch. 1960. S. 206.
  52. Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945. Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin: Verlag der Nation, 1981. S. 49.
  53.  (нем.) Fascination und Gewalt / Das Reichsparteitagsgelände in Nürnberg. Herausgeber: Museen der Stadt Nürnberg, 1996.
  54. Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945. Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin :Verlag der Nation, 1981. S. 82.
  55. Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945 . Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin: Verlag der Nation, 1981. S. 58—59.
  56. Heinz Bergschicker. Ausführungen Hitlers vor den Befelshabern von Heer und Marine Deutsche Chronik 1933—1945. Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin: Verlag der Nation, 1981. С. 52.
  57. 1 2 Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945 . Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3.Auflage. Berlin :Verlag der Nation, 1981
  58. Heinz Bergschicker. Deutsche Chronik 1933—1945 . Ein Zeitbild Faschistischen Diktatur. 3. Auflage. Berlin: Verlag der Nation, 1981.
  59. Gerhart Binder. Epoche der Entscheidungen/ Eine geschichte des 20.Jahrhunderts mit Dokumenten in text und Bild. Sechste Auflage 40—48. Tausend. Seewald Verlag Stuttgart-Degerloch. 1960.
  60. Gerhart Binder. Epoche der Entscheidungen/ Eine Geschichte des 20. Jahrhunderts. Sechste Auflage. Stuttgart-Degerloch: Seewald Verlag. 1960.
  61. Nachum T.Gidal Die Juden in Deutschland von der Römerzeit bis zur Weimarer Republik.-Gütersloch: Bertelsmann Lexicon Verlag GmbH, 1988. ISBN 3-89508-540-5
  62. Martin Kitchen . The Cambridge Illustrated History of Germany:-Cambridge University Press, 1996. ISBN 0-521-45341-0
  63. 1 2 Fascination und Gewalt/Das Richsparteigelände in Nürnberg- Copyright museen der stadt Nürnberg. 1996
  64. Heinrich Graf von Einsiedel. Der Überfall. 1. Auflage — Hamburg: Hoffmann und Campe, 1984. ISBN 3-455-08677-2
  65. Вальтер Люде-Нейрат. Конец на немецкой земле. // Итоги Второй мировой войны. Сб. статей под ред. ген.-м. И. Н. Соболева. — М.: Изд.-во иностранной литературы, 1957.
  66. Evans, 2005, pp. 234–235.
  67. 1 2 Thacker, 2010, p. 189.
  68. Longerich, 2015, p. 382.
  69. Kershaw, 2008, p. 382.
  70. Longerich, 2012, p. 223.
  71. Evans, 2005, pp. 241–243.
  72. Evans, 2005, p. 244.
  73. Evans, 2005, pp. 245–247.
  74. Longerich, 2015, p. 334.
  75. Gerhart Binder. Epoche der Entscheidungen/ Eine Geschichte des 20. Jahrhunderts. — Sechste Auflage. — Stuttgart-Degerloch: Seewald Verlag. 1960. — S. 161.
  76. Молотов, В. М. Доклад о внешней политике Правительства // Внеочередная пятая сессия Верховного Совета СССР 31 октября — 2 ноября 1939 г. Стенографический отчёт. — Издание Верховного Совета СССР, 1939. — С. 7—24.
  77. Там же
  78. Вопрос в оригинале: нем. «Hatte der Nationalsozialismus auch seine guten Seiten (Bau der Autobahnen, Beseitigung der Arbeitslosigkeit, niedrige Kriminalität, Förderung der Familie)?» См. Schmitz S. Hatte die NS-Zeit gute Seiten? // Stern. — 2007-10-19. — S. 36. (нем.)
  79. проект резолюции (документ A/67/455)
  80. Организация Объединённых Наций. Генеральная Ассамблея. Шестьдесят седьмая сессия. 60-е пленарное заседание. Четверг, 20 декабря 2012 года, 10 ч. 00 м. Нью-Йорк.
  81. Резолюция Генеральной Ассамблеи ООН № 67/154 «Героизация нацизма: недопустимость определённых видов практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости».

Литература[ | ]

На русском языке
На других языках

Ссылки[ | ]