Добровольческая армия

Добровольческая армия
Volunteer Army Insignia.svg
Годы существования 2 (15) ноября 1917 — 27 марта 1920
(06.01.20 сведена в Отдельный Добровольческий корпус)
Страна Флаг России Россия
Входит в Флаг России ВСЮР (с 08.01.1919)
Тип сухопутные войска
Включает в себя 2 армейских корпуса, в том числе «цветные» воинские части, отдельные дивизии и бригады
Функция освобождение Юга России от Советской власти
Численность

3348 человек
(февраль 1918)
≈8500—9000 человек
(июнь 1918)

70 000 в октябре 1919
Дислокация Флаг России Юг России
Прозвище добровольцы
Девиз Россия Единая, Великая и Неделимая
Марш Смело мы в бой пойдем
Участие в Гражданская война в России
Знаки отличия бело-сине-красный нарукавный шеврон
Командиры
Известные командиры

Л. Г. Корнилов

А. И. Деникин
П. Н. Врангель
В. З. Май-Маевский
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе
Пехотная рота Добровольческой армии, сформированная из гвардейских офицеров. Январь 1918 года.
Офицеры добровольческой армии у танка «Генерал Дроздовский».1919 год.
Плакат ВСЮР, 1919 год.

Доброво́льческая а́рмия, (официальное сокращение - Доб. ар., неофиц. сокр. Добрармия) — официальное наименование оперативно-стратегического объединения Белой армии на Юге России с ноября 1917 года по март 1920 года во время Гражданской войны.


История[ | ]

Начала формироваться 2 (15) ноября 1917 года в Новочеркасске Генерального штаба генералом от инфантерии М. В. Алексеевым под названием «Алексеевская организация»[1]. 4(17) ноября 1917 года в Новочеркасске была сформирована первая часть — Офицерская рота.

Целью Добровольческой армии ставились возрождение единой и неделимой России, восстановление ее целостности и правопорядка[2].

8 ноября генерал Алексеев просил Дитерихса, начальника штаба Чехословацкого корпуса, о присылке чехословацких полков. В феврале просьба была повторена, но опять безрезультатно[3][4].

С 6 декабря 1917 года в создании армии принял участие прибывший на Дон Генерального штаба генерал от инфантерии Л. Г. Корнилов. Первоначально Добровольческая армия комплектовалась исключительно добровольцами. До 50 % записавшихся в армию составляли обер-офицеры и до 15 % — штаб-офицеры[5], были также юнкера, кадеты, студенты, гимназисты (более 10 %)[5]. Казаков было около 4 %, солдат — 1 %[5]. С конца 1918 года и в 1919—1920 годах из-за мобилизаций на территориях подконтрольных белым, офицерский кадр утратил своё численное преобладание; крестьяне и пленные красноармейцы в этот период составляли основную массу воинского контингента Добровольческой армии.

В начале декабря 1917 года части Добровольческой армии участвовали в боях за Ростов и понесли первые потери, в том числе убитыми гимназистами. За это 62 пленных большевика были расстреляны. Причем расстрел пленных практиковали и в других частях, например, в отряде есаула Чернецова во время экспедиции в Донецкий бассейн[6].

Агитационный плакат с призывом вступать в Добровольческую армию. Выпускался ОСВАГом на Юге России
«Отчего вы не в армии?», плакат Белой Армии (Деникина). В правом верхнем углу армейский шеврон цветов государственного флага России, 1919 год.

К концу декабря 1917 года в армию записалось добровольцами 3 тыс. человек. Современные исследователи отмечают, что основными побудительными мотивами добровольцев были патриотизм, желание покончить с большевистской анархией, авторитет вождей армии[7]. К середине января 1918 года их было уже 5 тыс., к началу февраля — около 6 тыс. . При этом боевой состав Добровольческой армии не превышал 4½ тыс. человек[8]. Корниловский ударный полк уже тогда имел в своём составе 500 штыков, так что доля солдат явно превышала заявленный ранее 1 %.

25 декабря 1917 года (7 января 1918 года) созданные вооружённые формирования — отдельные роты и батальоны — получили общее официальное наименование «Добровольческая армия». Это название армия получила по настоянию Корнилова, находившегося в состоянии конфликта с Алексеевым и недовольного вынужденным компромиссом с главой бывшей «Алексеевской организации»: разделением сфер влияния, в результате которого, при принятии Корниловым всей полноты военной власти, за Алексеевым остались политическое руководство и финансы[9]. Оба вождя зарождающейся армии стратегически ориентировались на союзников России по Антанте. В воззвании от 27 декабря 1917 года указывалось, что Добровольческая армия создаётся для противостояния «немецко-большевистскому нашествию»[10].

Стоит отметить, что свою добровольческую армию планировало сформировать и советское военное руководство[11].

Добровольческие белогвардейские войска имели высокую идейную мотивацию защиты Родины, что являлось значимым фактором их высокой боеспособности, доблести и стойкости в боях[12].

Верховным руководителем армии стал генерал от инфантерии М. В. Алексеев, главнокомандующим — генерал от инфантерии Лавр Корнилов, начальником штаба — ген-лейт. А. С. Лукомский, начальником 1-й дивизии — ген.-лейт. А. И. Деникин. Если генералы Алексеев и Корнилов были организаторами и идейными вдохновителями, то человеком, запомнившимся первопоходникам как командир, способный повести за собой на поле боя, был «шпага генерала Корнилова» Генерального штаба ген.-лейт. С. Л. Марков[13], назначенный начальником штаба 1-й дивизии, а в начале Первого кубанского похода ставший командиром 1-го Офицерского полка.

Штаб армии первоначально состоял из Строевого отдела и Отдела снабжения[14].

Насчитывавшая около 4 тыс. человек Добровольческая армия совместно с частями под командованием генерала А. М. Каледина вступила в боевые действия против красной «Революционной армии». Первые бои добровольцы приняли в Ростове и под Таганрогом. До начала Первого Кубанского похода боевые потери добровольцев достигли 1,5 тыс. человек, в том числе убитыми — не менее трети[5].

Как отметил советский историк Анишев, озлобленное революцией офицерство одело погоны, получило возможность мстить, было окружено героическим ореолом и снова воевало за «Родину». Но его самопожертвование было оплевано, а патриотизм — осмеян[15].

В феврале 1918 года Корнилов отправляет в Москву для организации добровольческих отрядов в Центральной России полковника Перхурова. Во взаимодействии с Союзом защиты Родины и Свободы Бориса Савинкова (на начальном этапе также принимавшего участие в формировании армии на Дону) им удастся 6 июля поднять восстание в Ярославле (планировавшиеся выступления в других городах были либо сорваны арестами, либо быстро подавлены).

Делегация от Добровольческой армии была направлена и в Сибирь, где посетила Омск, Томск, Иркутск и способствовала укреплению местных офицерских подпольных организаций[16].

22 февраля 1918 года под натиском красногвардейцев части Добровольческой армии оставили Ростов и выступили на Кубань. Начался знаменитый и легендарный 1-й Кубанский Ледяной поход[17] Добровольческой армии (4200 штыков и сабель) от Ростова-на-Дону до Екатеринодара с тяжёлыми боями в окружении 20-тысячной группировки красных войск под командованием Сорокина.

Генерал М. Алексеев сказал перед походом:

Мы уходим в степи. Мы можем вернуться, если только будет милость Божия. Но нужно зажечь светоч, чтобы хоть одна светлая точка была среди охватившей Россию тьмы…

В течение месяца Добровольческая армия продвигалась на юг с ежедневными боями, не имея тыла, снабжения и отдыха. Для поддержания дисциплины был учрежден военно-полевой суд[7]. В ауле Шенджий к Добровольческой армии 26 марта 1918 присоединился 3-тысячный отряд Кубанской Рады под командованием генерала В. Л. Покровского. Общая численность Добровольческой армии возросла до 6 тыс. бойцов.

Рисунок «Подвиг генерала Маркова». Захват красного бронепоезда в ходе боя за станцию Медведовская

27—31 марта (9—13 апреля) Добровольческая армия провела штурм столицы Кубани — Екатеринодара, в ходе которого понесла громадные потери, в том числе 31 марта (13 апреля) был убит Главнокомандующий армией генерал Корнилов. В командование частями армии в тяжелейших условиях полного окружения превосходящими силами противника принял генерал Деникин, который смог при непрекращающихся боях вывести армию из-под фланговых ударов и выйти из окружения на Дон, причем по станицам было оставлено около 500 раненых. Вырваться на север удалось во многом благодаря энергичным действиям отличившегося в бою в ночь со 2 (15) на 3 (16) апреля 1918 года при пересечении железной дороги Царицын — Тихорецкая командира Офицерского полка Генерального штаба генерал-лейтенанта С. Л. Маркова.

По воспоминаниям современников, события развивались следующим образом:

Около 4 часов утра части Маркова стали переходить через железнодорожное полотно. Марков, захватив железнодорожную сторожку у переезда, расположив пехотные части, выслав разведчиков в станицу для атаки противника, спешно начал переправу раненых, обоза и артиллерии. Внезапно от станции отделился бронепоезд красных и пошёл к переезду, где уже находился штаб вместе с генералами Алексеевым и Деникиным. Оставалось несколько метров до переезда — и тут Марков, осыпая бронепоезд нещадными словами, оставаясь верным себе: «Стой! Такой-растакой! Сволочь! Своих подавишь!», бросился на пути. Когда тот действительно остановился, Марков отскочил (по другим сведениям тут же бросил гранату), и сразу две трёхдюймовые пушки в упор выстрелили гранатами в цилиндры и колёса паровоза. Завязался горячий бой с командой бронепоезда, которая в результате была перебита, а сам бронепоезд — сожжён.

30 апреля 1918 года Добровольческая армия вышла на юг ВВД в станицы Егорлыкская и Мечетинская. 27 мая, после завершения своего похода с Румынского фронта на Дон, к Добровольческой армии присоединился 3-тысячный отряд Генерального штаба полковника М. Г. Дроздовского[18].

Бронеавтомобиль «Верный» с экипажем

С Дроздовским пришли около 3000 бойцов-добровольцев, прекрасно вооружённых, снаряжённых и обмундированных, при значительной артиллерии (шести лёгких орудиях, четырёх горных, двух 48-линейных, одном 6-дюймовом и 14 зарядных ящиках), почти 70 пулемётах, бронеавтомобиле «Верный»[19], аэропланах, автомобилях, с телеграфом, оркестром, значительными запасами артиллерийских снарядов (около 800), ружейных и пулемётных патронов (200 тысяч), запасными винтовками (более тысячи). Отряд имел при себе оборудованную санитарную часть и обоз в отличном состоянии. Отряд на 70 % состоял из офицеров-фронтовиков[20].

В ночь на 23 июня 1918 года Добровольческая армия (численностью до 9 тыс. человек) при содействии Донской армии под командованием атамана П. Н. Краснова начала Второй Кубанский поход, завершившийся разгромом почти 100-тысячной кубанской группировки красных войск и взятием 17 августа Екатеринодара.

В этот период штаб армии увеличился. Были образованы Санитарный отдел, Управление артиллерии (и бронепоезда), Управление авиации, а Строевой отдел разделился на Управление дежурного генерала и Управление генерал-квартирмейстера. Штаб Добровольческой армии создавался по образцу штаба неотдельной армии Императорской армии[14]. Офицеры должны были обращаться к подчиненным на «Вы», солдатам вне службы разрешалась свобода посещений общественных мест, но со строгим обязанием отдания воинской чести[7].

15 августа 1918 года в части Добровольческой армии была объявлена первая мобилизация, что стало первым шагом на пути превращения её в регулярную армию. Было создано Управление запасных частей и запасные батальоны при боевых частях.

Призыву подлежали офицеры до 50 лет и все военнообязанные до 30 лет. Кроме централизованной мобилизации самостоятельные мобилизации проводились на местах и властью командиров частей[21]. Например, по данным корниловского офицера Александра Трушновича первые мобилизованные — ставропольские крестьяне были влиты в состав Корниловского ударного полка в июне 1918 года во время боёв возле села Медвежьего.

О состоянии материальной части Армии в этот период свидетельствовал марковский артиллерийский офицер Э. Н. Гиацинтов[22]:

Мне смешно смотреть кинокартины, в которых изображается Белая армия — веселящаяся, дамы в бальных платьях, офицеры в мундирах с эполетами, с аксельбантами, блестящие! На самом деле Добровольческая армия в это время представляла собой довольно печальное, но героическое явление. Одеты мы были кто как попало. Например, я был в шароварах, в сапогах, на мне вместо шинели была куртка инженера путей сообщения, которую мне подарил ввиду поздней уже осени хозяин дома, где жила моя мать, — господин Ланко. Он был в прошлом начальником участка между Екатеринодаром и ещё какой-то станцией.

Вот в таком виде мы щеголяли. В скором времени у меня отвалилась подошва от сапога на правой ноге, и пришлось привязать её верёвкой. Вот какие «балы» и какие «эполеты» мы в то время имели! Вместо балов шли постоянные бои. Все время на нас наседала Красная армия, очень многочисленная. Думаю, что нас было один против ста! И мы кое-как отстреливались, отбивались и даже временами переходили в наступление и оттесняли противника.

31 августа при командующем Добровольческой армией было создано Особое совещание, выполнявшее функцию гражданского правительства на территории, подконтрольной армии. По оценке историка Какурина, армия представляла целостный военно-политический организм[23].

К сентябрю 1918 года численность Добровольческой армии возросла до 30—35 тыс. человек в основном за счёт притока в армию кубанского казачества и бежавших на Северный Кавказ противников большевизма.

Самолёт в составе Добровольческой Армии

8 октября 1918 года умер генерал Алексеев, и на пост Главнокомандующего Добровольческой армии вступил генерал Деникин, объединив в своих руках военную и гражданскую власть.

25 октября приказом № 64 объявлялась мобилизация в армию всех офицеров, моложе 40 лет.

13 (26) ноября 1918 года в состав Добровольческой армии был включен Черноморский флот во главе с вице-адмиралом В. А. Каниным, было временно создано Управление Главного командира судов и портов[14]. Добровольческая армия поддерживала связи с несколькими подпольными организациями в Советской России, например со штабом Добровольческой армии Московского района.

27 ноября из Екатеринослава в Крым на соединение с Добровольческой армией выступил отряд добровольцев, составивший в армии 34-ю пехотную дивизию[24].

В конце 1918 — начале 1919 года части Деникина нанесли поражение 11-й советской армии и заняли Северный Кавказ.

Танки Mk A «Уиппет» (ближний) и Mk V (дальние)

После завершения Первой мировой войны в ноябре 1918 года правительства Великобритании и Франции начали ограниченную материально-техническую поддержку Добровольческой армии, больше похожую на товарообмен и отвечающую интересам оккупации и эксплуатации, а не стратегического прикрытия и помощи. Поставлялись оставшиеся от мировой войны избытки запасов вооружения и снаряжения[25]. В том числе добровольцам в 1919 году были поставлены 74 танка, бывшие ранее в эксплуатации.

26 декабря (8 января) 1919 года Добровольческая армия вошла в состав образованных Вооружённых сил на Юге России (ВСЮР), став их основной ударной силой, а её командующий генерал Деникин возглавил ВСЮР[14].

23 января 1919 года армию переименовали в Кавказскую Добровольческую армию, и ее стали перебрасывать с Северного Кавказа в Донецкий басейн на помощь новому союзнику — ВВД.

9 (22) мая 1919 года Кавказская Добровольческая армия была разделена на 2 армии: Кавказскую, наступавшую на Царицын — Саратов и собственно Добровольческую армию, наступавшую на Курск — Орёл.

30 мая (12 июня) 1919 года Главнокомандующий Вооружёнными силами на Юге России генерал А. И. Деникин приказом по Добровольческой армии № 145 объявил о своём подчинении адмиралу А. В. Колчаку, как Верховному правителю Русского Государства и Верховному Главнокомандующему Русских Армий[26]. Однако ввиду удалённости белогвардейских армий друг от друга, затруднительной коммуникации (например, отправленная весной во главе с генералом Гришиным-Алмазовым делегация в Сибирь была перехвачена на Каспии) и отсутствия реальной координации военных действий — заявление так и осталось номинальным[27]. На территории, подконтрольной Добровольческой армии, были открыты консульские представительства более 20 государств, но дипломатического признания не было объявлено. Союзники обещали прислать 12 дивизий для поддержки и передать запасы вооружений бывшего Румынского фронта, но это все не было реализовано[28].

В августе 8 дивизий из 24 в составе Добровольческой армии, а это 44 тыс. штыков, 6,9 тыс. сабель, при 219 орудиях использовались не на фронте, а против Махно и других повстанцев, что существенно ослабляло фронт против РККА[7].

На территории, подконтрольной Добровольческой армии, возобновили деятельность 7 кадетских корпусов и 8 военных училищ, которые частично принимали участие в боевых действиях[21].

Военачальник РККА А. И. Егоров оценивал Добровольческую армию как полностью боеспособную, с командным составом «на высоте»[29].

25.06.1919 г. Добровольцы в освобожденном Харькове

Летом — осенью 1919 года Добровольческая армия (40 тыс. человек) под командованием генерала В. З. Май-Маевского стала главной силой в Походе на Москву. Основным соединением Добровольческой Армии в 1919 году неизменно был 1-й армейский корпус ген. А. П. Кутепова, состоящий из отборных т. н. «цветных полков» — Корниловского, Марковского, Дроздовского и Алексеевского, развёрнутых впоследствии в ходе наступления на Москву летом — осенью 1919 года в дивизии. Добровольцами были взяты Харьков, Киев, Курск, Орел. Армия создала угрозу Туле и Москве.

В боевом отношении некоторые части, в основном цветные, и соединения Добровольческой армии обладали высокими боевыми качествами, так как в их составе было большое количество офицеров, имевших значительный боевой опыт и искренне преданных идее Белого движения. Но с лета 1919 года её боеспособность снизилась в связи с большими потерями и включением в её состав мобилизованных крестьян и пленных красноармейцев.

В армии старались обобщить боевой опыт ведения гражданской войны. Например, известна инструкция, утвержденная генералом Тимановским по ведению боевых действий в гражданской войне, в которой обосновывается оптимальная структура рот и батальонов, рекомендуется беречь офицерский и добровольческий личный состав, вести наступательные действия даже в меньшинстве, взаимодействовать всем родам войск, при этом не жалеть мобилизованных и бывших пленных красноармейцев, поставленных в строй белых частей[30].

В ожесточенном Орловско-Кромском сражении Добровольческая армия потерпела поражение, в том числе и из-за низкой боеспособности мобилизованных и пленных[31]. В армии падала дисциплина, росли дезертирство и грабеж населения[7].

В ноябре 1919 года согласно Зятковским соглашениям в состав Добровольческой армии вошла Галицкая армия, ранее составлявшая вооружённые силы ЗУНР[32][33][34].

Добровольческая армия под давлением Красной армии отступила на Дон, при этом от нее оказались отрезанными 2-й и 3-й армейские корпуса, отступившие в Польшу и в Крым. Армия из-за понесенных потерь в начале 1920 года была сведена в Отдельный Добровольческий корпус численностью 10 тыс. штыков под командованием генерала А. П. Кутепова[35]. После повторного оставления Ростова в феврале 1920 года продолжила отступление на Юг.

26—27 марта 1920 года остатки Добровольческой армии были эвакуированы из Новороссийска в Крым, где вошли в состав Русской Армии генерала барона П. Н. Врангеля[31].

Благодаря высокой боеспособности своих частей Добровольческая армия советскими историками признавалась главной ударной силой белогвардейцев на Юге России[35].

Командующие Добровольческой армией[ | ]

Состав Добровольческой армии[ | ]

Я — ДОБРОВОЛЕЦ
1) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, потому что отдал свою молодость и проливаю свою кровь за могущество Единой Неделимой России.
2) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, стою за созыв Народного Собрания, выбранного всем народом, так как верю, что оно даст счастье, мир и свободу всем: и левым, и правым, и казаку, и крестьянину, и рабочему.
3) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, даю землю всем крестьянам — настоящим труженикам, и так, что каждый крестьянин будет полным и вечным хозяином своего куска и потому с большой любовью будет его обрабатывать.
4) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, стою за восстановление фабрик и заводов, за то, чтобы рабочие сговорились со своими хозяевами и наладили труд, за то, чтобы никакой хозяин не мог обидеть рабочего, чтобы рабочий мог иметь свои союзы для защиты своих интересов. И кто враг рабочему и будет делать ему зло, чем будет мешать восстановлению промышленности, тот враг и мне, добровольцу. Где я, — там мясо свежее, и хлеб стоит 1 — 2 р. фунт.
5) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, предоставляю каждому верить в своего Бога и молиться, как ему хочется, а всего больше, как русский, люблю свою веру православную.
6) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, люблю даже тех, с кем я сейчас воюю, — я, по приказу своего вождя, генерала Деникина, не расстреливаю, а беру в плен и предаю правосудию, которое страшно только для врагов народа — комиссаров, коммунистов.
7) Я — ДОБРОВОЛЕЦ, и поэтому говорю:
Да восстановится мир в поруганной и истерзанной России!
Никакого господства одного класса над другим!
Свободная и спокойная работа всем!
Никаких насилий над мирными гражданами, никаких убийств, никаких казней без суда!
Долой хищников, угнетающих Россию! Долой коммуну!
Да здравствует Единая Великая Неделимая Россия!
Листовка[36]

К началу 1-го Кубанского похода[ | ]

Всего: 4200 бойцов и 148 человек медперсонала, 8 орудий, 600 снарядов, 200 патронов на человека.

К началу 2-го Кубанского похода[ | ]

Организационная структура Добровольческой армии, составленная Деникиным и Алексеевым 10 июля 1918 года во время Второго Кубанского похода

Кроме того: Пластунский батальон, одна гаубица и бронеавтомобили «Верный», «Корниловец» и «Доброволец».

Всего весной 1918 года армия состояла из 5 полков пехоты, 8 конных полков, 5 с половиной батарей, общей численностью 8500—9000 штыков и сабель и 21 орудие.[37]

Добровольческая армия в конце 1918 года[ | ]

Танки Добровольческой армии на вокзале Ростова-на-Дону. 1919 год.

В ноябре 1918 года началось тактическо-стратегическое развёртывание армии — сформированы 1-й, 2-й и 3-й армейские корпуса и 1-й конный корпус. В декабре в составе армии были созданы Кавказская группа, Донецкий, Крымский и Туапсинский отряды.

В Крыму после ухода немецких войск в ноябре 1918 года был создан Крымский центр Добровольческой армии и началась формирование 4-й пехотной дивизии(Крымской).

В декабре 1918 года армия состояла из трёх армейский корпусов (1-3), Крымско-Азовского и 1-го конного корпусов. В феврале 1919 года сформирован 2-й Кубанский корпус. а в состав 1-го и 2-го армейских корпусов включены переданные Донским атаманом части бывших Астраханской и Южной армий. 10 января 1919 года, с образованием на базе Крымско-Азовского корпуса Крымско-Азовской Добровольческой армии, получила наименование Кавказская Добровольческая армия, а 22 мая 1919 года была разделена на Добровольческую и Кавказскую армии.

Благодаря сформировавшейся в Добровольческой армии «легенде» о Кубанских походах, в которых добровольцы в условиях неимоверных тягот и лишений проявили массовый героизм и добились побед, на командирские должности в частях назначались зачастую «старые добровольцы», принимавшие участие в боях с момента зарождения армии, и главную роль в армейской иерархии стали играть не чины, а должности[38].

Численность армии[ | ]

Армия (потеряв до 2 тысяч человек с ноября 1917 года до февраля 1918 года) вышла в 1-й Кубанский поход в числе (по разным данным) 2,5-4 тыс. штыков. Присоединившиеся к ней кубанские части насчитывали 2-3 тыс. человек, вернулось из похода около 5 тыс., отряд Дроздовского в момент соединения с армией насчитывал до 3 тыс. человек. В итоге весной 1918 года армия насчитывала около 8 тыс. человек. В начале июня, она выросла ещё на тысячу штыков. К сентябрю 1918 года в армии было 35-40 тыс. штыков и сабель, в декабре в действующих войсках было 32-34 тыс. и в запасных, формирующихся частях и гарнизонах городов — 13-14 тыс., то есть, всего около 48 тыс. человек. К началу 1919 года она насчитывала до 40 тыс. штыков и сабель, 60 % которых составляли кубанские казаки.

В октябре 1918 года (приказ № 64) впервые была проведена мобилизация офицеров. В дальнейшем мобилизация распространялась и на унтер-офицеров и на военнообязанных до 30 лет. Мобилизация в дальнейшем проводилась и на вновь занимаемых территориях[21].

Потери в личном составе[ | ]

Наиболее тяжелые (относительно своей численности) потери армия несла в течение всех кровопролитных боев 1918 года, то есть именно тогда, когда офицеры составляли особенно значительную её часть. С начала формирования в армию поступило свыше 6000 добровольцев, а при оставлении Ростова число бойцов не превышало 4200, принято считать, что она потеряла в боях не менее 1500 человек. В 1-м Кубанском походе погибло около 1000 человек и вывезено около 1500 раненых. После отхода от Екатеринодара на север около 300 добровольцев было оставлено в ст. Елизаветинской (все добиты преследователями) и ещё 200 — в Дядьковской. Не менее тяжёлые потери понесла армия и во 2-м Кубанском походе (в некоторых боях, например, при взятии Тихорецкой, потери доходили до 25 % состава), и в боях под Ставрополем. В отдельных боях потери исчислялись сотнями и даже иногда тысячами убитых[39].

Гражданское управление[ | ]

Добровольческая армия занимала большую территорию с многочисленным населением, поэтому в октябре 1918 года Деникиным утверждается "Временное Положение об управлении областями, занимаемыми Добровольческой армией. Для поддержания порядка в тылу была создана военизированная полиция, получившая наименование Государственная стража, но выполнять полноценно возложенные на нее функции в условиях общей дезорганизации она оказалась не способна[40].

Добровольческая армия в составе ВСЮР и «Поход на Москву»[ | ]

Период наибольшего успеха[ | ]

Деникин с офицерами в Харькове

В начале 1919 года армия имела в своем составе 5 пехотных дивизий, 4 пластунских бригад, 6 конных дивизий, артиллерийские и технические части, и воевала на 4 фронта: Основные силы на Северном Кавказе — до 25 тыс. человек, отряд в Каменноугольном бассейне — 3 тыс. человек, Крымский отряд в 2 тыс. человек и Туапсинский отряд для прикрытия Новороссийска в 3 тыс. штыков[41]. Армия вернула свое прежнее название 9 (22) мая 1919 в результате разделения Кавказской Добровольческой армии. Включала к середине июня 1919 1-й армейский и 3-й Кубанский корпуса, 2-ю Кубанскую пластунскую бригаду. В конце июля в состав армии включены Группа ген. Промтова и вновь сформированный 5-й кавалерийский корпус. К 15 сентября 1919 из 5-й и 7-й пехотных дивизий был образован 2-й армейский корпус. 14 октября 1919 была сформирована ещё 1-я отдельная пехотная бригада.

Однако в ходе «Похода на Москву» в состав армии входили лишь два корпуса — 1-й армейский из «цветных частей»: 1-й и 3-й пехотных дивизий, развёрнутых в середине октября в четыре дивизии — Корниловскую, Марковскую, Дроздовскую и Алексеевскую, и 5-й кавалерийский корпус из двух неказачьих регулярных дивизий конницы: 1-й и 2-й кавалерийских. Кроме того, в состав армии входили: Сводный полк 1-й отдельной кавалерийской бригады, 2-й и 3-й отдельные тяжелые гаубичные дивизионы, Отдельный тяжелый пушечный тракторный дивизион, 2-й радио-телеграфный дивизион, 2-я, 5-я, 6-я отдельные телеграфные роты, 1-й и 2-й дивизионы танков и 5-й автомобильный батальон. Армии были также приданы 1-й авиационный дивизион (2-й и 6-й авиаотряды и 1-я авиабаза), броне-автомобильные: 1-й дивизион, 1-й, 3-й и 4-й отряды. С боем были взяты Курск, Орел, армия вошла на территорию Тульской губернии.

2-й армейский корпус (ком. М. Н. Промтов) в составе Войск Киевской области ВСЮР наступал в районе Киева-Чернигова, а резервные части, из которых заново должен был формироваться 3-й армейский корпус, изначально предназначенный для усиления московского направления, были брошены против Махно, прорвавшего в конце сентября фронт белых.

Кавалеристы-добровольцы

Достигнув максимальной численностью за счёт мобилизаций в занятых губерниях юга России и зачисления в строй сдавшихся в плен красноармейцев, Добровольческая армия к середине октября 1919 года заняла обширный район по линии Чернигов — хутор Михайловский — Севск — Дмитровск — Кромы — Нарышкино — Орёл — Новосиль — Борки — Касторное. Более понятна линия Киев - Орел - Воронеж - Царицын. Но фронт не представлял из себя цельной линии, занятой войсками. Белогвардейские части были разбросаны отдельными группами. На острие удара продвигался 1-й армейский корпус[42].

Как в последствии признавал Егоров, в то время командарм-14 РККА, это был неудержимый натиск сильных добровольческих частей[43].

Как отмечал в воспоминаниях начштаба Корниловской ударной дивизии полк. К. Л. Капнин, взять Орел было легко, но удержать этот большой город было сложно, так как не было абсолютно резервов для отражения ударов противника по флангам[44]. Добровольческой армии не хватало людей ни на фронт, ни на организацию гарнизонов в тылу. Занятая территория из-за отсутствия гражданской власти не давала ресурсов и поддержки для войсковых частей на фронте[45].

Отступление[ | ]

В ходе Орловско-Кромского сражения 11 октября − 18 ноября 1919 года Добровольческая армия смогла занять Орел, но потерпела стратегическое поражение и была вынуждена оставить все ранее занятые районы. Для спасения положения Деникин 26 ноября 1919 года, когда армия уже отступила за Харьков, отстраняет Май-Маевского и назначает командующим армией Врангеля. Новый командующий начинает отводить войска в Крым, но Деникин приказывает ему отступать на Дон, что и произошло к декабрю 1919 года[46]. В самой армии остался только один 1-й корпус. 2-й корпус отступил из Киева и ушел в Бредовский поход, а 3-й корпус отошел в Крым. Армия оказалась разорвана на несколько частей, и 20 декабря 1919 года Врангель был отстранен от командования. Из-за громадных потерь и катастрофического снижения численности личного состава армия была сведена в Добровольческий корпус, оперативно подчиненный Донской армии. В составе 6-7 тыс. человек корпус занял оборону на р. Дон.

19 января добровольцы при поддержке казаков разбили под Батайском переправившуюся 1-ю Конную армию, а 7 февраля, начав наступление из-за Дона, Добровольческий корпус сам захватывает Ростов-на-Дону, но через 2 дня вынужден его оставить, так как его части перебрасываются в ст. Егорлыкскую для отражения атак 1-й Конной армии РККА. Красное командование отмечало, что корниловцы и дроздовцы дрались упорно и ожесточенно, сметая атакующую кавалерию ружейно-пулеметным огнем[47].

В продолженном отступлении ВСЮР на юг возникли противоречия между командованием Добровольческого корпуса и Донской армии. 2 марта Кутепов под давлением сил РККА отдал добровольцам приказ на отступление от оставленной ст. Тимашевской, но Сидорин требовал контратаковать. Для прекращения конфликта и взаимных обвинений Деникин переподчинил Добровольческий корпус под свое командование[48].

Приказ Деникина о занятии Таманского полуострова добровольцы не выполнили и продолжили отходить на Новороссийск[49].

Начальник Марковской дивизии Н. С. Тимановский с чинами штаба

С непрерывными боями корпус отступил в марте 1920 года к порту Новороссийск. В нем Добровольческий корпус — 5000 человек на момент катастрофической Новороссийской эвакуации, приоритетно, благодаря распоряжению главкома ВСЮР ген-лейт. А. И. Деникина и руководству своего командира, ген-лейт. А. П. Кутепова, погрузился на суда и был переправлен в Крым, оставшийся под контролем Добровольческой армии благодаря успешной обороне его перешейков войсками ген-майора Я. А. Слащёва. РККА за период наступления зимы-весны 1920 года захватила десятки тысяч пленных, 100 тысяч винтовок, 3968 пулеметов, 2054 орудия, 36 танков, 18 бронемашин, 88 бронепоездов, 65 самолетов, миллионы патронов и снарядов. Это был крах Добровольческой армии и ее союзников[50].

Добровольческий корпус в Крыму был расформирован и составил основу Русской Армии преемника генерала Деникина на посту белого главкома — барона Врангеля.

Численность армии[ | ]

В январе 1919 года армия насчитывала 40 тыс. человек, 193 орудий, 7 бронепоездов, 621 пулемет.

К середине июня 1919 года армия насчитывала 20 тыс. штыков и 5,5 тыс. сабель.

На 5 июля 1919 года всего в составе армии, включая тыловые и формирующиеся части, насчитывалось 57725 человек (в том числе 3884 офицера, 40963 строевых, 6270 вспомогательных и 6608 нестроевых нижних чинов).

В конце июля — 33 тыс. штыков и 6,5 тыс. сабель, на 5 октября — 17791 штыков. и 2664 сабель при 451 пулеметах и 65 орудий. Уменьшение состава армии связано с выделением войск в формирующиеся Войска Киевской области и Войска Новороссийской области. Красное командование оценивало в октябре силы Добровольческой армии в 21000 штыков и более 6000 сабель при 290 орудий и 1080 пулеметах, что существенно превышало реальные силы добровольцев[51].

В начале декабря 1919 года в Добровольческом корпусе оставалось в строю всего 3600 штыков и 4700 сабель. В январе 1920 года общая численность добровольческих частей на Дону, в Новороссии и на Кавказе оценивалась Деникиным в 25 тыс. штыков и 5 тыс. сабель[52].

Историк Кушер Ю. Л. приводит следующие цифры и источники[53]:

  • В июле Добровольческая армия насчитывала 57 725 человек; из них непосредственно в строю было 44 807 бойцов (3884 офицера и 40 963 рядовых), а еще 12 878 нестроевых[54].
  • 5 (18) августа всего 33 626 человек (26 624 штыка и 7002 сабли) при 166 орудиях и 699 пулеметах, 15 самолетах, 7 бронеавтомобилях, 19 бронепоездах.
  • 5 (18) октября 20 455 бойцов (17791 штык и 2664 сабли) при 65 орудиях и 425 пулеметах[55]. Для сравнения противостоящий им Южный фронт РККА к октябрю имел в своем составе 140 767 бойцов (113 439 штыков и 27 328 сабель) при 774 орудиях и 3663 пулеметах[56].

Знак отличия[ | ]

10 января 1918 года для всех военнослужащих, записавшихся в Добровольческую армию, приказом Корнилова был установлен нарукавный шеврон. Цвета были установлены бело-сине-красный. То есть каждый доброволец на своей форме имел частицу национального флага и считался защитником национальных интересов. Носить шеврон надлежало на правом рукаве мундира или шинели выше локтя на 4,5 сантиметра[57].

Награды[ | ]

Командование армии не награждало офицеров орденами и медалями. Императорские награды решено было не выдавать в гражданской войне, а собственные не вводились[58]. Офицеров и солдат награждали только знаками отличия за участие в походах: Знаком первого Кубанского похода, медалью за поход Яссы-Дон.

Рядовой состав — солдаты и добровольцы — награждались за подвиги Георгиевскими крестами и медалями, согласно Георгиевскому Статуту. В Корниловской ударной дивизии данные награждения не практиковались[59].

В то же время, высшими степенями российских орденов были награждены представители союзников. Например, орденом Белого Орла с мечами — начальник Британской военной миссии ген-лейт. Бриггс, орденами Св. Анны 1-й степени с мечами — генерал британской армии Т. Х. Киз и американский контр-адмирал М. А. Мак-Колли[60].

Финансовое обеспечение[ | ]

Добровольческая армия, в отличие от всех остальных армий, была создана не при гражданском правительстве, а как самостоятельное образование. Поэтому никаких денежных сумм на ее образование предусмотрено не было. Генералу Алексееву первоначально удалось за несколько месяцев нахождения в Ростове-на-Дону получить 12 млн рублей от казачьего правительства ВВД, а также 2 млн рублей как частные пожертвования, кредиты и т. д. Этих денег хватало только на содержание армии в 5 тыс. штыков. При выходе в Первый Кубанский поход в казне армии было всего около 6 млн рублей.

250 рублей. 1918 г.

Проводились агиткампании для пополнения средств[61]. Перед началом Второго Кубанского похода удалось договориться с ВВД о выделении добровольцам части денег, выпускаемых Ростовской экспедицией заготовления Государственных бумаг. Но суммы эти не покрывали расходов, и армия во Втором Кубанском походе практиковала наложение контрибуций на занимаемые с боем населенные пункты[62].

Всего ВВД передало Добровольческой армии, а потом и ВСЮР, около 4 млрд напечатанных рублей[63].

Деньги Добровольческой армии.

Чтобы не зависеть от Донского правительства, в августе 1919 года была организована Новороссийская экспедиция заготовления Государственных бумаг, которая печатала денежные знаки только для командования ВСЮР. Финансовая помощь Франции составила 10 млн рублей[64].

На крестьян была наложена хлебная повинность — с десятины пашни по 5 пудов зерна. Но выплаты наличными за сданное зерно составляли только 1/4, остальная сумма выдавалась квитанциями[65].

В то же время на территории Юга России продолжали ходить в обращении денежные знаки Российской империи — в обиходе «романовские», Временного правительства — «керенки» и «думские», советского правительства, украинские карбованцы, а также выпуски отдельных городов и областей. В денежном обращении присутствовали хаос и инфляция. Главнокомандующий Деникин не смог контролировать финансовую систему, унифицировать эмиссию, объединить всю финансовую деятельность[65]. Военное командование просто не сумело подобрать достаточного количества способных гражданских служащих[62].

Военнослужащим выплачивалось денежное довольствие. В начале 1918 года рядовым — по 50 рублей в месяц, офицерам от 250 до 1000 рублей. В связи с инфляцией размер довольствия несколько раз повышался[66].

В начале 1919 года жалование составило 450 рублей рядовым и 3000 рублей офицерам[67]. Увеличение денежного содержания было вызывано инфляцией. По другим источникам штаб-офицеры в этот период получали 1100 рублей, обер-офицеры — 950[66].

В войсках выплачивали деньги зачастую с опозданием, денежное довольствие обесценивалось инфляцией, армия зачастую переходила на оплату населению расписками, а то и просто грабила[68]. Поэтому население и не поддержало армию в трудный период[69].

С другой стороны, население зачастую не платило налоги, установленные Особым совещанием, поэтому недобор налогов был в значительной мере компенсирован самоснабжением войск за счет захвата трофеев, грабежа жителей и т. д. В ходе массового самоснабжения войск происходил своеобразный добор налогов в натуральной форме[62].

Причины поражения[ | ]

«Белый» плакат 1919 года

Армия не смогла выдвинуть политической идеи, понятной большинству населения. Провозглашалась борьба с большевиками, по окончании которой Учредительное собрание выберет подходящую для России форму правления. Этого оказалось мало. Офицеры до революции были вне политики, поэтому после 1917 года они были просто не в состоянии правильно оценивать политическую борьбу и организовать идеологическое сопровождение добровольческих частей, пропагандистскую борьбу с Советской властью[70]. К примеру, руководителем ОСВАГа, в задачи которого входила пропаганда политики Добровольческой армии был назначен ученый-биолог С. Чахотин, не способный вести идеологическую борьбу[71].

На территории подконтрольной Добровольческой армии не возникло самостоятельного гражданского управления. Гражданская власть с августа 1918 года называлась Особым совещанием при главнокомандующем, совещательным органом, а потом и распорядительным, и возглавлялась опять генералами[72]. Доверять власть гражданским они хотели[73]. А у самих добровольцев, по мнению Шульгина, не нашлось в нужном количестве преданных и способных руководителей для организации власти[74]. На освобождаемых территориях вместо наведения порядка зачастую наблюдался кризис управления, а некоторые даже называли его военной анархией[75][76]. Назначения военных губернаторов, которые руководили гражданской властью — полковника Глазенапа в Ставропольской губернии и генерала Кутепова в Черноморской — оказались неудачными. Отсутствие юридических знаний и административного опыта заставляли их действовать не по закону, а по собственному разумению. Безграмотные распоряжения и произвол вызывали у населения недовольство[77]. В итоге население перестало поддерживать Добровольческую армию. В период отступления попытки реорганизовать Правительство были бесплодны[78]. Это создавало срывы поставок как населению, так и армии. Гражданское управление оказалось полностью подмято военными. На территории, контролируемой Добровольческой армией, в итоге гражданская власть оказалась неэффективной и это вызывало недовольство у населения[72].

Историк Ганин приводит слова генерала Драгомирова, что причинами поражения добровольцев стали слабый офицерский состав и отсутствие регулярных войск[79].

Мало оказалось красиво погибать в атаках. Отсутствие идеи общенационального масштаба оттолкнула от нее народ[80]. Это понимали и сами добровольцы, но проигрывая информационную войну они не смогли ис положения, хотя и понимали причину[81]. Полковник Энгельгард, начальник отдела пропаганды Особого совещания при ВСЮР отмечал в рапорте Деникину, что лозунг «Единая и Неделимая Россия», вдохновивший молодежь в 1918 году, оказался пустым для большинства населения[82].

На поражение Добровольческой армии оказали влияние и национальные противоречия добровольцев с их лозунгом «За единую и неделимую Россию» с национальными течениями на Украине, Северном Кавказе и Закавказье, приведшие к боевым действиям[83].

Памятник Примирения и Согласия, г. Новочеркасск

Современные историки среди причин поражения Добровольческой армии называют отказ от наделения крестьян землей, наличие противоречий с Доном и Кубанью, отсутствие единого плана действий всех Белых правительств, пустую надежду на помощь союзников[80]. Отмечается малочисленность Добровольческой армии для решения задач, которые она перед собой ставила, а также серьёзные ошибки, допущенные в ходе военного строительства: отсутствие единой системы воинской повинности на подконтрольных территориях; распыление сил по многочисленным воинским формированиям и др.

В этой связи представляются сомнительными утверждения, что основными причинами поражения Добровольческой армии явились оперативно-стратегические просчёты командования[12].

11 мая 1920 года приказом № 3049 Врангель переименовал Добровольческий корпус генерала А. П. Кутепова в 1-й армейский. Как вспоминали добровольцы, они с грустью приняли новость, что «Добровольческий корпус» отныне «1-й армейский корпус», закончилась их славная эпоха русского добровольчества, героической борьбы, выдающихся побед и тяжелых поражений[84].

Генерал Деникин отмечал, что «Если бы в этот трагический момент нашей истории не нашлось среди русского народа людей, готовых восстать против безумия и преступления большевицкой власти и принести свою кровь и жизнь за разрушаемую родину, — это был бы не народ, а навоз для удобрения беспредельных полей старого континента, обреченных на колонизацию пришельцев с Запада и Востока. К счастью, мы принадлежим к великому русскому народу»[85].

Примечания[ | ]

  1. Деникин А. И., Т. II. — Гл. XIV..
  2. Слободин В.П. Белое движение в годы гражданской войны в России (1917–1922 гг.). — М.: МЮИ МВД России, 1996 год, С. 18.
  3. Прайсман Л. Г. Чехословацкий корпус в 1918 г. (Часть первая). История и антропология. Дата обращения: 23 мая 2020.
  4. Вторушин Михаил Иванович. Чехословацкий корпус в Гражданской войне на востоке России // Вестник Костромского государственного университета. — 2017. — Т. 23, вып. 1. — ISSN 1998-0817.
  5. 1 2 3 4 Карпенко С. В., 2009, с. 54.
  6. Ратьковский И.с. Карательно-репрессивная практика Добровольческой армии в начальный период ее существования // Вестник Рязанского государственного университета им. С.А. Есенина. — 2019. — Вып. 3 (64). — ISSN 0869-6446.
  7. 1 2 3 4 5 Никитин Анатолий Александрович. Укрепление воинской дисциплины в вооруженных формированиях Белого движения на юге России (ноябрь 1917 1920 гг. ) // Армия и общество. — 2007. — Вып. 1. — ISSN 2304-9677.
  8. Карпенко С. В., 2009, с. 53.
  9. Карпенко С. В., 2009, с. 35.
  10. Кулаков Владимир Владимирович, Каширина Елена Ивановна. Внешняя и внутренняя политика белого режима на юге России (1918-1920 гг. ) // Культурная жизнь Юга России. — 2009. — Вып. 2. — ISSN 2070-075X.
  11. Н. П. ИнфоРост. Записка Н. В. Крыленко «Общие соображения по сформированию армии на началах добровольчества». 30 декабря 1917 г.. docs.historyrussia.org. Дата обращения: 1 июня 2020.
  12. 1 2 Юрий Леонидович Кушер. Вооруженные формирования Белого движения на Юге России: история строительства: 1917-1920 гг (рус.). — Москва, 2005.
  13. Марков и марковцы. М.: НП «Посев», 2001
  14. 1 2 3 4 Агеев Сергей Александрович. СТРОИТЕЛЬСТВО АППАРАТА ВОЕННОГО УПРАВЛЕНИЯ ДОБРОВОЛЬЧЕСКОЙ АРМИИ И ВООРУЖЕННЫХ СИЛ НА ЮГЕ РОССИИ (ноябрь 1917 – январь 1919 гг.) // Новый исторический вестник. — 2014. — Вып. 42. — ISSN 2072-9286.
  15. Ан. Анишев. Очерки истории Гражданской войны 1917—1920. Гос. издательство, Л., 1925 г., С. 238.
  16. Шулдяков Владимир Александрович. Делегация в Сибирь от Добровольческой армии и ее роль в реорганизации нелегальных военных структур Омска // Вестник Томского государственного университета. — 2009. — Вып. 324. — ISSN 1561-7793.
  17. Календарь «Святая Русь» 22.02.1918 − Начало героического «Ледяного похода» Добровольческой армии ген. Корнилова // Сайт издательства «Русская идея» (www.rusidea.org) (Проверено 2 февраля 2013)
  18. Историк С.В. Волков — Трагедия русского офицерства - IV - Офицерство в Белом движении (6) - Юг - Поход Яссы — Дон. swolkov.org. Дата обращения: 7 февраля 2021.
  19. Дроздовский М. Г. Дневник. — Берлин: Отто Кирхнер и Ко, 1923. — 190 с.
  20. Дроздовский и дроздовцы. — М.: НП «Посев», 2006. — 692 с. — ISBN 5-85824-165-4, с.79, 383
  21. 1 2 3 Шувалов Александр Анатольевич. Комплектование белогвардейских армий на юге России офицерским составом в период Гражданской войны // Вестник Московского университета МВД России. — 2014. — Вып. 10. — ISSN 2073-0454.
  22. Гиацинтов Эраст Записки белого офицера / Вступит. статья, подготовка текста и коммент. В. Г. Бортневского. — стр. 66-67
  23. Какурин Н. Е. Гражданская война. 1918—1921 / Н. Е. Какурин, И. И. Вацетис; Под ред. А. С. Бубнова и др. — СПб.: ООО "Издательство «Полигон», 2002. — 672 с., С. 124. ISBN 5-89173-150-9.
  24. Историк С.В. Волков — Трагедия русского офицерства - III - Офицерство после катастрофы русской армии (4). swolkov.org. Дата обращения: 3 февраля 2021.
  25. Новосельский Сергей Сергеевич. Русское зарубежье о причинах неудачи Белого движения: союзнический фактор // Вестник РГГУ. Серия: Политология. История. Международные отношения. — 2016. — Вып. 2 (4). — ISSN 2073-6339.
  26. Деникин А. И., Т. V. — Гл. II..
  27. Будницкий, Олег Лидеры белого движения: вместе или порознь?. Эхо Москвы (22 ноября 2018).
  28. Гришанин Петр Иванович. Внешнеполитическая стратегия командования Добровольческой армии (1918 г. ) // Новый исторический вестник. — 2004. — Вып. 11. — ISSN 2072-9286.
  29. Егоров Александр Ильич. Гражданская война в России: Разгром Деникина. — М.: ACT; СПб.: Terra Fantastica, 2003., С. 93.
  30. Гагкуев Руслан Григорьевич, Шилова Светлана Геннадьевна. «Инструкция» Белого генерала Н. С. Тимановского об особенностях ведения боевых действий в Гражданскую войну // Журнал российских и восточноевропейских исторических исследований. — 2017. — Вып. 4 (11). — С. 144–160. — ISSN 2409-1413.
  31. 1 2 ДОБРОВОЛЬЧЕСКАЯ АРМИЯ • Большая российская энциклопедия - электронная версия. bigenc.ru. Дата обращения: 19 мая 2020.
  32. Байло Андрій. Тимчасовий союз УГА з Добрармією та його наслідки (украинский) // Україна: культурна спадщина, національна свідомість, державність : Збірник наукових праць. — Львів: Інститут українознавства ім. І. Крип’якевича НАН України, 2009. — Вып. 18. — С. 353—362.
  33. Томюк І. М. Причини та наслідки вимушеного об'єднання Української галицької армії з Добровольчою армією уряду А. І. Денікіна (листопад – грудень 1919 р.) // Вісник Національного університету «Львівська політехніка» : Тематичний випуск «Держава та армія». — 2008. — Вып. 612. — С. 86—91. — ISSN 0321-0499.
  34. Солдатенко В. Ф. Трагічна сторінка історії об'єднаного українського фронту: договір УГА з білогвардійцями // Соборність як чинник українського державотворення (до 90-річчя Акту злуки) / За ред. Р. Я. Пирога. — Київ, 2009. — С. 53—63. — 229 с.
  35. 1 2 Коллектив авторов. статья «Добровольческая армия» // «Гражданская война и военная интервенция в СССР: Энциклопедия» / под редакцией Хромова С. С.. — М.: Советская энциклопедия, 1987. — С. 193. — 720 с.
  36. Абинякин Р. М. Офицерский корпус Добровольческой армии: социальный состав, мировоззрение 1917—1920 гг. Монография. — Орёл: Издатель А. Воробьёв, 2005. — 204 с.ISBN 5-900901-57-2.
  37. Зинкевич М. М., 1930.
  38. Бакланова Ирина Семеновна. Организационные принципы строительства Добровольческой армии в зеркале эмигрантской историографии // Научный вестник Московского государственного технического университета гражданской авиации. — 2010. — Вып. 155. — ISSN 2079-0619.
  39. Добровольческая армия // Белое движение в России: организационная структура. Алфавитный указатель // Сайт историка Сергея Владимировича Волкова (swolkov.ru) (Проверено 2 февраля 2013)
  40. Федоренко С.а. Обеспечение правопорядка на территории Добровольческой армии (1918-1920 гг. ) // Наука и школа. — 2010. — Вып. 1. — ISSN 1819-463X.
  41. А. И. Деникин. «Очерки русской смуты», книга 4, Вооруженные силы Юга России. Октябрь 1918 г. — Январь 1919 г. , «Слово», Берлин, 1925.
  42. Марковцы-артиллеристы. 50 лет верности России. Париж, 1967. С. 204.
  43. Егоров Александр Ильич. Гражданская война в России: Разгром Деникина. — М.: ACT; СПб.: Terra Fantastica, 2003., С. 198.
  44. Капнин К. Л. Отрывок из воспоминаний о боях Добровольческой армии под Орлом осенью 1919 г. Публ. А. В. Тихомирова // Страницы истории Гражданской войны на Орловщине. Орел, 2010. С. 97.
  45. Волков-Муромцев Н. В. В белой армии // Офицеры российской гвардии в Белой борьбе / Сост., науч. ред., предисл. и коммент. С. В. Волкова. М., 2002. С. 207.
  46. Карпенко Сергей Владимирович. Врангель Петр Николаевич (1878 1928) // Новый исторический вестник. — 2001. — Вып. 3. — ISSN 2072-9286.
  47. Майстрах Б. В. Маныч — Егорлыкская — Новороссийск. — М.-Л.: Госиздат, 1929., С. 131.
  48. ГПИБ | А. И. Деникин, Очерки русской смуты, Т. 5. : Вооруженные силы Юга России. - Берлин, 1926 год, С. 321. Государственная публичная историческая библиотека России. Дата обращения: 7 февраля 2021.
  49. ГПИБ | А. И. Деникин, Очерки русской смуты, Т. 5. : Вооруженные силы Юга России. - Берлин, 1926 год, С. 344. Государственная публичная историческая библиотека России. Дата обращения: 7 февраля 2021.
  50. Агуреев К В. Разгром белогвардейских войск Деникина. М. 1961 г. С. 209
  51. Егоров Александр Ильич Гражданская война в России: Разгром Деникина. — М.: ACT; СПб.: Terra Fantastica, 2003., С. 229.
  52. ГПИБ | А. И. Деникин, Очерки русской смуты, Т. 5. : Вооруженные силы Юга России. - Берлин, 1926 г., С. 268.. Государственная публичная историческая библиотека России. Дата обращения: 6 февраля 2021.
  53. Кушер Ю. Л. Вооруженные формирования Белого движения на Юге России: история строительства: 1917—1920 гг. М., 2005. С. 291.
  54. Справка о численности людей в армии на 18(31) июля 1919 г. // РГВА. Ф. 39540. On. 1. Д. 34. Л. 29.
  55. Ведомости о боевом составе ВСЮР (февраль ноябрь 1919 г.) // РГВА. Ф. 39540. On. 1. Д. 34, 35.
  56. Какурин Н. Е. Как сражалась революция. Т. 2. С. 276
  57. Дерябин. Гражданская война в России 1917-1922 г.г. Белые армии.
  58. Кручинин А. Георгиевские награды в Вооружённых Силах Юга России (1919—1920) // Военная быль. — 1993, № 4(133) С. 17.
  59. Пыхалов Игорь Васильевич. Георгиевские кресты для «Белых Орлов» // Общество. Среда. Развитие (Terra Humana). — 2009. — Вып. 4. — ISSN 1997-5996.
  60. Рудиченко А. И. Награды императорской России в период Гражданской войны. — М.: Любимая книга. 2007. С 67.
  61. Приазовский край. (Ростов-на-Дону). 1918. 20 мая (2 июня). № 51. С. 4.
  62. 1 2 3 Карпенко Сергей Владимирович. Налоговая политика белых правительств на юге России в 1919-1920 гг // Экономический журнал. — 2011. — Вып. 24. — ISSN 2072-8220.
  63. Черниченко Марина Юрьевна. Кризис денежного обращения в тылу войск генерала А. И. Деникина в освещении печати Белого юга России (1919 г. ) // Новый исторический вестник. — 2014. — Вып. 39. — ISSN 2072-9286.
  64. Михайлов Игорь Васильевич. Из истории изучения Белого движения в современной российской историографии // Вестник РГГУ. Серия: Литературоведение. Языкознание. Культурология. — 2013. — Вып. 10 (111). — ISSN 2073-6355.
  65. 1 2 Ходяков Михаил Викторович. Деньги гражданской войны и их роль в обеспечении легитимности белогвардейских правительств // Вестник Санкт-Петербургского университета. История. — 2007. — Вып. 2. — ISSN 1812-9323.
  66. 1 2 Шувалов А.а. Материальное обеспечение офицеров белогвардейских армий на юге и востоке России в период Гражданской войны // Вестник Брянского государственного университета. — 2011. — Вып. 2. — ISSN 2072-2087.
  67. Павлов В. Е. Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917—1920 годов. Т. 2 — Париж: тип. С. Березняка, 1964, С. 7.
  68. Н. П. ИнфоРост. Из письма Деникина Командующему «добровольческой» армией ген. Май-Маевскому о деморализации воинских частей армии. 10 сентября 1919 г.. docs.historyrussia.org. Дата обращения: 1 июня 2020.
  69. Карпенко С. В. Белые генералы и красная смута. М. 2009 г. С. 307.
  70. Сирик Сергей Николаевич. Государственные идеи Белого движения на Юге России // Концепт. — 2014. — Вып. S31.
  71. Кириченко Евгений Владимирович. Структура аппарата пропаганды антибольшевистского движения на юге России в 1919 году // Политематический сетевой электронный научный журнал Кубанского государственного аграрного университета. — 2015. — Вып. 113. — ISSN 1990-4665.
  72. 1 2 Карпенкоо Сергей Владимирович. Военный и гражданский аппараты управления деникинской диктатуры // Власть. — 2011. — Вып. 3. — ISSN 2071-5358.
  73. Кулаков Владимир Владимирович. Государственное устройство белой России // Вестник Адыгейского государственного университета. — 2005. — Вып. 3. — ISSN 2074-1065.
  74. Шульгин В. В. Три столицы. М., 1991. С. 225
  75. Оболенский В. А. Крым при Деникине // Белое дело: Белый Крым: В 16 кн. Кн. 11. М. РГГУ, 2003 г., с 13.
  76. Карпенко Сергей Владимирович. Диктаторская власть белых генералов и коррупция (Юг России, 1918–1920 гг. ) // Власть. — 2013. — Вып. 7. — ISSN 2071-5358.
  77. Карпенко Сергей Владимирович. Антибольшевистские военные диктатуры и чиновничество (юг России, 1918-1920 гг. ) // Вестник РГГУ. Серия: Литературоведение. Языкознание. Культурология. — 2012. — Вып. 4 (84). — ISSN 2073-6355.
  78. Деникин А. И. Очерки русской смуты. Т. 3. Берлин, 1924. С. 263—264.
  79. Ганин Андрей Владиславович. "У НАС В СУЩНОСТИ ЕЩЕ РЕГУЛЯРНОЙ АРМИИ НЕТ…" ПИСЬМО КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ КИЕВСКОЙ ОБЛАСТИ ГЕНЕРАЛА А.М. ДРАГОМИРОВА ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ ВООРУЖЕННЫМИ СИЛАМИ НА ЮГЕ РОССИИ ГЕНЕРАЛУ А.И. ДЕНИКИНУ ОТ 12 (25) ДЕКАБРЯ 1919 Г // Славянский мир в третьем тысячелетии. — 2019. — Вып. 1—2. — ISSN 2412-6446.
  80. 1 2 Кулаков Владимир Владимирович, Каширина Елена Ивановна. Причины поражения белого движения на Юге России // Вестник Адыгейского государственного университета. — 2006. — Вып. 2. — ISSN 2074-1065.
  81. Павлов В. Е. Марковцы в боях и походах за Россию в освободительной войне 1917—1920 годов, Т. 2, Гл. Жизнь выдвигала вопросы Белой идеологии — Париж: тип. С. Березняка, 1964 г., С. 74.
  82. Отдел рукописей Российской Национальной библиотеки. (ОР РНБ). — Ф. 1052 (Энгельгардт Борис Александрович). Ед. хр. 38. Добровольческая армия. — Л. 75
  83. Ан. Анишев. Очерки истории гражданской войны 1917—1920. Ленинград, Госизд. 1925 г., С. 262.
  84. Гагкуев Руслан Григорьевич. Белый Крым: попытка военной реформы в 1920 г // Известия Лаборатории древних технологий. — 2014. — Вып. 1 (10). — ISSN 2415-8739.
  85. А. И. Деникин. Очерки русской смуты. Борьба генерала Корнилова. Август 1917 г. — апрель 1918 г. Минск. Харвест. 2002.

Литература[ | ]

См. также[ | ]