Даргинские языки

Даргинские языки
Таксон ветвь
Статус уязвимый
Ареал Дагестан
Число носителей в России 485 705[1]
Классификация
Категория Языки Евразии

Северокавказская надсемья

Нахско-дагестанская семья
Состав
6 групп
Время разделения III век до н. э.
Процент совпадений 67%
ы языковой группы
ISO 639-2 dar
ISO 639-5

Дарги́нские языки — ветвь нахско-дагестанских языков. Распространены среди даргинцев на традиционной территории их проживания и на равнине, куда после 1950-х гг. переселилась значительная их часть. На даргинском языке издаются газеты «Замана», «Шила гӏямру», «Эркиндешличи», «Сагаси гьуникад», «Бархьдешла гьуни», «Хайдакьла зяхӏматчи», «Мургукла анкъи», а также журналы — «Дагъиста хьунул адам», «Гьалмагъдеш» и детский журнал «Лачин»[источник не указан 34 дня].


История[ | ]

Предположительно, распад протодаргинского языка на разные языки произошёл около двух тысяч лет назад[2]. Некоторые исследователи считают, что даргинская ветвь является самостоятельной в нахско-дагестанской семье, другие объединяют лакский и даргинский языки[3].

Классификация[ | ]

История классификации[ | ]

Пётр Услар (1892) делил даргинские диалекты на 3 типа[4]:

  • акушинские — акушинский, цудахарский, усишинский, сирхинский, урахинский, мугинский, муиринский, кадарский и кубачинский;
  • кайтагские
  • вуркунские — предположительно диалекты селений Ашты, Кунки, Худуц, Санжи, Анклух, Амух.

Позднее Быховская (1940) и Абдуллаев (1954) ввели деление на диалекты акушино-урахинского (АУ) и цудахарского типов по наличию/отсутствию геминированных согласных; а Гаприндашвили (1952) — на три группы (акушинские, урахинские и цудахарские). Из южно-даргинских (ЮД) у Абдуллаева упоминаются лишь сургинский (=сирхинский, иногда вкл. Худуц), тантинский, кубачинский (вкл. Сулерки и Амузги), кункинский, амухский. Позднее Гасанова добавила санжинский, ицаринский, чирагский[4].

Фактически диалекты акушино-урахинского типа — это севернодаргинский язык (за исключением мугинского и верхнемулебкинского), а цудахарского типа — все остальные языки. Ситуация аналогична, например, аварской и китайской[5].

Наконец, 3. Гасанова (1971) отказалась от примитивной бинарной схемы и разделила даргинские диалекты на 13 групп[5].

Современные классификации[ | ]

Количество языков и их классификация внутри даргинской ветви являются предметом научных дискуссий[2]. В разных классификациях выделяют 19[2] или 12—13[6] языков. Языки делятся на четыре группы: северно-центральную, южную, чирагскую и кайтагскую; последние две состоят из одного языка[6]. Южная группа представляет собой языковой континуум: ареалы идиомов этой группы географически расположены цепью, каждое «звено» которой немного отличается от соседних, но удалённые друг от друга идиомы отличаются довольно сильно. Южной группе принадлежат танты-сирхинский, амухско-худуцкий, санжи-ицаринский, амузги-ширинский и кубачинский языки[7]. Континуум южнодаргинских языков не обусловлен поздними контактами между языками; при этом, вероятно, они не образуют генеалогическую группу[6]. Северо-центральная группа состоит из крупного севернодаргинского языка и более мелких муиринского, гапшиминского, мегебского, цудахарско-усиша-бутринского. Даргинская литературная норма принадлежит севернодаргинскому языку. Статус кадарского идиома в качестве языка или диалекта не определён[8].

Проблема «язык или диалект»[ | ]

Традиционно даргинские языки считаются диалектами одного языка, соответствующего этнической группе даргинцев. Согласно переписи 2010 года, в России проживает около 510 000 даргинцев, большинство из них сообщают, что владеют даргинским языком. Слово «даргинский» введено в оборот в раннесоветское время, когда власть проводила политику искусственного формирования новых этнических групп. До этого слово «даргинский» использовалось для обозначения более узкой этноязыковой общности. К этой общности относились только поселения Акуша, Букун, Гутси, Каба, Кайтаг, Хамур и Сирха. Языки, в современной классификации входящие в даргинскую ветвь, именовались по названиям крупных поселений[9]. Носители разных даргинских языков могут друг друга не понимать[2].

Степень различия между отдельными «диалектами» давно бросалась в глаза и даже при традиционном подходе термин «язык» применялся к некоторым периферийным «диалектам»: кубачинскому[10][11][12][13], мегебскому[14] и кайтагскому[15].

Уже пробные лексикостатистические подсчёты показали, что фактически даргинский представляет собой целую группу языков, по глубине (минимальный ПС = 68 %,) сравнимую с германской или романской[16]. Собственно лингвистические различия между этими идиомами существенны на всех языковых уровнях[17]. В первом достаточно подробном анализе было выделено 11 языков[18]. По мере поступления новых данных классификация даргинских языков уточнялась. Сначала число выделяемых языков было увеличено до 17 языков[19][20]; затем их число сократилось до 12-13[7][21].

Взаимопонимание отсутствует между многими идиомами. Носители соседних идиомов часто пассивно знают язык друг друга и общаются по принципу «каждый на своём». Знание литературного языка среди даргинцев развито довольно слабо, и он, «как правило, не используется как средство коммуникации между носителями разных даргинских идиомов — в большинстве случаев в этой роли выступает русский»[22], поэтому носители не соседних и/или более далёких даргинских языков общаются между собой по-русски[23].

Распространённость[ | ]

В России даргинским языком владеют примерно 485 500 человек[источник не указан 34 дня]. Литературный даргинский язык преподаётся в большинстве школ в традиционных районах проживания даргинцев, однако лишь ограниченно используется для общения между носителями разных даргинских языков, в основном северо-центральных[источник не указан 34 дня].

Даргинские языки распространены в исторической зоне расселения даргинцев в центральной части горного Дагестана. Носители даргинских языков проживают в основном в Акушинском, Дахадаевском, Кайтагском, Левашинском и Сергокалинском районах, а также в Агульском, Буйнакском, Гунибском и Карабудахкентском районах[2].

Письменность и алфавит[ | ]

Отдельные надписи на даргинских языках в арабской графике появляются с конца XV века[источник не указан 34 дня]. В 1925 году начала выходить первая даргинская газета. Для издания газеты был выбран самый крупный по численности носителей акушинский идиом. Впоследствии на конференции 1930 года было постановлено использовать его в качестве литературного языка даргинцев. В 1928 году для многих языков Дагестана, включая даргинский, была введена письменность на основе латиницы. В 1938 году даргинский перевели на письменность на основе кириллицы, позже подвергшаяся нескольким незначительным изменениям[24]. В 1960-е годы была добавлена буква ПӀ пӀ[источник не указан 34 дня].

А а Б б В в Г г Гъ гъ Гь гь ГӀ гӀ Д д
Е е Ё ё Ж ж З з И и Й й К к Къ къ
Кь кь КӀ кӀ Л л М м Н н О о П п ПӀ пӀ
Р р С с Т т ТӀ тӀ У у Ф ф Х х Хъ хъ
Хь хь ХӀ хӀ Ц ц ЦӀ цӀ Ч ч ЧӀ чӀ Ш ш Щ щ
Ъ ъ Ы ы Ь ь Э э Ю ю Я я    

Лингвистическая характеристика[ | ]

Фонология[ | ]

По сравнению с другими нахско-дагестанскими языками фонетическая система даргинских языков проста.

В её составе 37 согласных и 5 гласных. В них нет шумных латеральных согласных, а во многих языках и лабиализованных. Для части даргинских языков (кубачинского, кайтагского и др.) характерны геминированные согласные, по наличию-отсутствию которых даргинские языки традиционно делились на языки акушинского и цудахарского типа[источник не указан 845 дней].

Система гласных, включающая, как правило, 4 основные единицы (i, e, u, a), осложняется за счёт фарингализованных фонем. В ряде языков имеется противопоставление по наличию-отсутствию фарингализации, например, в ицаринском (где есть пары a — aI, u — uI), кубачинском (в котором эта оппозиция охватывает всю систему). Долгие гласные возникают, как правило, в результате стяжения; в некоторых языках противопоставление по долготе стало фонематичным. Ударение и просодия изучены слабо. Фарингализация — важный просодический признак. В ряде языков для выражения грамматических значений может использоваться словесное ударение[источник не указан 845 дней].

Морфология[ | ]

Имена существительные имеют категории числа, падежа и класса именного. В большинстве даргинских языков представлены 3 именных класса (мужской, женский, неличный); в мегебском языке именных классов четыре (2 женских класса — «матери» и «дочери»). Маркер согласования представлен обычно в глаголе, а также в некоторых прилагательных, местоимениях, наречиях и послелогах. Обычно он входит в состав приставки, реже — суффикса. Помимо грамматических падежей, в даргинских языках представлены от двух (эссив-латив и элатив) до четырёх (латив, эссив, элатив и директив) местных падежей и, как правило, 4-6 локативных серий. В большинстве даргинских языков морфологически различаются локализации «нахождение внутри полого предмета» и «нахождение в сплошной среде», в некоторых представлена типологически редкая локализация «нахождение перед ориентиром», которая может сочетаться с направлением движения; ср. кубач. хъалта-гьа-тталла ‘спереди-дома-вверх’ — хъалта-би-тталла ‘спереди-дома-туда’. 2 формы латива (суперлатив и иллатив), формально относящиеся к локативным падежам, часто имеют свойства грамматических падежей, выполняя ряд функций, типичных для дательного падежа. Множественное число выражается суффиксально, наблюдается также аблаут и омонимия числовых форм[источник не указан 34 дня].

Система счисления десятичная.

Личные местоимения 1-го лица в ряде языков (чирагском, кайтагском) различают формы инклюзива и эксклюзива, в ицаринском наблюдается формальное совпадение местоимений 1-го и 2-го лица множественного числа[источник не указан 34 дня].

Глагол во всех даргинских языках образует большое число видо-временных и модальных парадигм. Большая часть глагольных форм представляет собой комбинацию одной из личных форм глагола либо одной из глагольных основ и потенциально отделяемой от глагола частицы, выражающей лицо, время, отрицание, вопрос и т. п. Есть также несколько собственно синтетических форм и аналитических конструкций с личным глаголом в роли вспомогательного элемента. Система неличных форм включает простые и специализированные деепричастия, краткие и полные причастия и несколько отглагольных существительных, в том числе имена действия — герундий и маздар. В некоторых языках имеются спрягаемые формы конъюнктива, которым соответствует инфинитив в остальных даргинских языках Отрицание выражается вспомогательным глаголом или отрицательным префиксом, в ряде языков также редупликацией глагольной основы. Даргинские языки принадлежат к числу немногих нахско-дагестанских языков, имеющих развитое личное согласование. Правила контроля личного согласования сильно расходятся по языкам, но везде, как правило, учитывают лицо основных актантов предложения, иногда также роль семантическую. Имеется морфологический каузатив[источник не указан 34 дня].

Для даргинских языков характерна типичная для нахско-дагестанских языков эргативная конструкция предложения. Сфера применения аффективной и антипассивной конструкций сравнительно узка[источник не указан 34 дня].

По лексико-грамматическим признакам существительные делятся на собственные и нарицательные, собирательные, расчленённые, конкретные и отвлечённые[источник не указан 34 дня].

Категория грамматических классов[ | ]

В литературном даргинском языке выделяются три грамматических класса[источник не указан 34 дня]:

  • К первому классу относятся существительные, обозначающие разумные существа мужского пола
  • Ко второму классу относятся существительные, обозначающие разумные существа женского пола.
  • К третьему классу относятся все остальные существительные.

Лексика[ | ]

Основный словарный фонд современного даргинского языка составляют слова, восходящие общедагестанскому праязыку или возникшие в даргинской почве. А также присутствуют огромные пласты заимствований из разных языков (особенно из арабского, тюркских, персидского и русского)[источник не указан 34 дня].

  • Из арабского языка заимствованы слова связанные с религиозными и отвлеченными понятиями, общественно-политические, связанные с человеком его социальное положение, возраст, внешность и внутренную характеристику, связанные с речью человека, связанные с учёбой, генетические понятия, названия драгоценностей, названия животных, птиц и т. д.[источник не указан 34 дня]
  • Из тюркских языков заимствованы слова связанные с названиями предметов бытового обихода, названия одежды и обуви, названия строений и их частей, название растений и плодов (растущие приморской плоскости), названия животных и птиц, названия бытовых и хозяйственных понятий, названия кушаний, связанные с профессией и внутренней характеристикой человека, термины родства, некоторые отвлеченные понятия и т. д.
  • Из персидского языка заимствованы слова связанные предметами быта, названия строений и их отдельных частей, названия тканей и изделий, названия одежды, связанные с торговлей, названия растений и плодов, связанные с социальным положением человека, наименования отвлеченных понятий, названия животных, некоторые названия продуктов питания и блюд[источник не указан 34 дня].
  • Из русского языка заимствованы слова связанные с общественно-политическими и экономическими понятиями, отражающие развитие культуры, связанные с учёбой, научные понятия, связанные со спортом, слова определяющие человека по ряду занятий по специальности по мировоззрению и т. д, лексика колхозной жизни, технические понятия, новые понятия области быта даргинцев[источник не указан 34 дня].

История изучения[ | ]

Первое серьёзное исследование одного из даргинских языков (урахинского идиома) было предпринято в 1982 году Петром Усларом. Советский лингвист Саид Абдуллаев в 1950 году опубликовал словарь даргинского языка, в 1954 году — грамматику. Значительный вклад в изучение даргинских языков в XX веке внесли такие исследователи, как Запир Абдуллаев, Саида Гасанова, Амирбек Кадибагомедов, Александр Магометов, Магомед-Саид Мусаев, Расул Муталов, Сапияханум Темирбулатова[25].

В последнее время в Москве сложилась рабочая группа лингвистов (Ю. А. Ландер, Н. Р. Сумбатова, Д. С. Ганенков, О. И. Беляев, Н. В. Сердобольская, Г. А. Мороз, Ю. Б. Коряков, М. А. Даниэль, Н. Р. Добрушина и др.), активно работающих с даргинскими языками как по имеющимся описаниям, так и в полевых условиях (экспедиции в Амух, Шари, Кунки, Худуц, Танты, Ашты, Амузги, Кадар и другие селения). Немецкая исследовательница Диана Форкер изучает санжинское наречие[источник не указан 34 дня].

Примечания[ | ]

  1. в мире 493 370 человекhttp://www.ethnologue.com/language/dar Информационные материалы об окончательных итогах Всероссийской переписи населения 2010 года
  2. 1 2 3 4 5 Forker, 2020, p. 9.
  3. Forker, 2020, p. 11.
  4. 1 2 Коряков, 2012, с. 5.
  5. 1 2 Коряков, 2012, с. 6.
  6. 1 2 3 Коряков, 2012, с. 2.
  7. 1 2 Коряков, 2012, с. 1.
  8. Коряков, 2012, с. 3.
  9. Forker, 2020, p. 8—9.
  10. Магометов 1963.
  11. Алексеев 2002.
  12. Алексеев, Перехвальская 2000.
  13. Магомедов 2010.
  14. Хайдаков 1985.
  15. Алексеев, Темирбулатова 2002.
  16. Алексеев 1999
  17. Сумбатова 2013: 27.
  18. Koryakov 2002.
  19. Коряков 2006: 33-36.
  20. Коряков, Сумбатова 2007.
  21. Koryakov 2013.
  22. Сумбатова 2013: 28
  23. Сумбатова 2013: 27-28
  24. Forker, 2020, p. 8.
  25. Forker, 2020, p. 12.

Литература[ | ]

  • Абдуллаев С. Н. Грамматика даргинского языка (фонетика и морфология). — Махачкала: Дагестанский филиал АН СССР, 1954.
  • Абдуллаев З. Г. Даргинский язык. М., 1993. Т. 1-3.
  • Алексеев М. Е. Нахско-дагестанские языки // Языки мира: Кавказские языки. М.: Academia, 1999.
  • Алексеев М. Е. Кубачинский язык. // Языки народов России. Красная книга. Энциклопедический словарь-справочник. М.: Academia, 2002. С. 105—108.
  • Алексеев М. Е., Перехвальская Е. В. Кубачинцы и кубачинский (урбукский) язык. // Языки Российской Федерации и нового зарубежья. Статус и функции / Под ред. В.Ю Михальченко, Т. Б. Крючковой и др. М.: УРСС, 2000.
  • Алексеев М. Е., Темирбулатова С. М. Кайтагский язык. // Языки народов России. Красная книга. Энциклопедический словарь-справочник. М.: Academia, 2002. С. 82-85.
  • Быховская С. Л. Пережитки эксклюзива и энклюзива в даргинских диалектах // Язык и мышление. 17. М. — Л., 1940.
  • Гаприндашвили, Ш. Г. К вопросу о классификации диалектов и говоров даргинского языка // Тезисы докладов III (IX) научной сессии Института языкознания АН ГССР. Тбилиси, 1952.
  • Гаприндашвили Ш. Г. Фонетика даргинского языка. Тб., 1966.
  • Гасанова С. М. Очерки по даргинской диалектологии. Махачкала: : Дагестанский филиал Академии Наук СССР Институт истории, языка и литературы им. Г. Цадасы, 1970.
  • Жирков Л. И. Грамматика даргинского языка. М., 1926.
  • Коряков Ю. Б. Атлас кавказских языков. М.: Институт языкознания РАН, 2006.
  • Магометов А. А. Кубачинский язык (исследование и тексты). Тб., 1963.
  • Магометов А. А. Мегебский диалект даргинского языка. Тб., 1982.
  • Магомедов А. Дж. Кубачинский язык и фольклор // Магамедов А. Дж., Саидов-Аккутта Н. И. Кубачинский язык и фольклор: исследования и материалы. Махачкала: ИЯЛИ ДНЦ РАН/Наука ДНЦ, 2010.
  • Мусаев М.-С. М. Даргинский язык // Кавказские языки. М., 2001. С. 357—369.
  • Мусаев М.-С. М. Даргинский язык. М., 2002.
  • Муталов Р. О. Глагол даргинского языка. Махачкала, 2002.
  • Сумбатова Н. Р. Типологическое и диахроническое исследование морфосинтаксиса (на материале языков даргинской группы): автореферат диссертации доктора филологических наук. — 2013.
  • Сумбатова Н. Р., Ландер Ю. А. Даргинский говор селения Танты: грамматический очерк, вопросы синтаксиса. Москва: Языки славянской культуры, 2014.
  • Темирбулатова С. М. Хайдакский диалект даргинского языка. Махачкала, 2004.
  • Услар П. К. Этнография Кавказа. Языкознание. V. Хюркилинский язык. Тифлис: Издание Управления Кавказского учебного округа, 1892.
  • Хайдаков С. М. Даргинский и мегебский языки (принципы словоизменения). М. Наука, 1985.
  • Belyaev, Oleg. Optimal agreement at m-structure: person in Dargwa // Proceedings of the LFG13 Conference, 2013.
  • Belyaev, Oleg. Participles and converbs in Dargwa // Oxford Comparative Philology Seminar. Dec 2, 2014
  • Berg, Helma van den. Dargi Folktales. Oral Stories from the Caucasus. With an Introduction to Dargi Grammar. Leiden, 2001.
  • Bouda, Karl. Die darginische Schriftsprache. (Beiträge zur kaukasischen und sibirischen Sprachwissenschaft, 4.). Leipzig, 1937.
  • Forker, Diana. A grammar of Sanzhi Dargwa. — Language Science Press, 2020. — ISBN 978-3-96110-196-2.
  • Koryakov Y. B. Convergence and divergence in the classification of Dargwa languages // 46th Annual Meeting of the Societas Linguistica Europaea (SLE 2013). 18-21 September 2013. Book of abstracts. Part 1. Split: University of Split, 2013.
  • Koryakov, Yuri B. Atlas of the Caucasian languages. Moscow: Institute of Linguistics RAS, 2002.
  • Lander, Yury. Modifier incorporation in Dargwa nominals // HSE Working Papers. Ser. Linguistics. WP BRP 12/LNG/2014.
  • Sumbatova N.R., Mutalov R.O. A Grammar of Icari Dargwa. [Languages of the World Series 92]. München — Newcastle: LINCOM Europa, 2003.
Словари
  • Абдуллаев С. Н. Русско-даргинский словарь. Махачкала, 1948.
  • Исаев М.-Ш. А. Русско-даргинский словарь. Махачкала, 1988.
  • Юсупов Х. А. Даргинско-русский словарь. 40000 слов и фразеологических выражений.

Ссылки[ | ]