Австро-русский союз

Венский союзный договор 1726 года
Дата подготовки сентябрь 1725 года — июль 1726 года
Дата подписания 26 июля (6 августа) 1726 года
 • место Вена, Священная Римская империя
Вступление в силу 29 октября 1726 года
 • условия Вечная дружба двух стран и совместные усилия по поддержанию мира в Европе; присоединение России к испано-австрийскому союзу; совместные военные действия против Турции в случае её нападения на Россию; и др.
Подписали Людовик Ланчинский; Евгений Савойский
Стороны Flag of Russia.svg Российская империя
Banner of the Holy Roman Emperor (after 1400).svg Священная Римская империя
Языки русский; немецкий

Венский договор 1726 года — союзный договор между Священной Римской и Российской империями, заключенный 6 августа 1726 года в Вене русским полномочным министром Людовиком Ланчинским и принцем Евгением Савойским. Договор стал основой одного из самых продолжительных альянсов в истории Нового времени, одним из самых стабильных элементов международной политики XVIII века и основой внешней политики России вплоть до Крымской войны[1].


Предыстория[ | ]

Вице-канцлер барон Андрей Иванович Остерман

Идея создания русско-австрийского альянса принадлежала ещё Петру I, который в 1724 году инициировал переговоры о присоединении Австрии к Стокгольмскому союзу[2].

После смерти императора Петра идейным вдохновителем такого союза стал вице-канцлер барон Андрей Иванович Остерман, который сформулировал следующие цели союза: «Цесарь в состоянии, почитай, всех иных держав от наступления на Россию удержать… А России сверх вышеописанной генеральной пользы будет ещё сия партикуляция, что цесарь, яко гарант Травендальского мира, к возвращении Шлезвига Его Королевскому Высочеству герцогу Голштинскому вспомогать будет, и яко верховный судья имперский — в делах герцога Мекленбургского. Опасностей от такого союза мало видно, ибо от Франции за такой союз войны не будет, но паче, видя Россию в добром согласии с цесарем, ещё вяще российскую дружбу искать станет. Англия в долгом или кратком времени от теснаго своего сообязательства с Франциею по натуральным свои интересам к Цесарю Римскому возвратитьца имеет. Король Пруской толь наипаче к российской дружбе держатьца принужден будет. Швеция сей союз с цесарем сама желает. Польша от всяких противностей не токмо удержана, но ещё в ближайшее согласие приведена будет»[3].

Ориентации России на союз с Веной способствовал и провал политики барона Петра Шафирова, направленной на союз с Францией. Версаль, Лондон и Потсдам не захотели поддерживать Россию в мекленбургском, голштинском и балтийском вопросах: правительства Людовика XV и Георга I не собирались жертвовать Швецией и Данией ради интересов России; ганноверские войска стояли в Мекленбурге; прусский король стремился утвердить свои права на Курляндию[3]. Таким образом, в середине 20-х годов XVIII века Россия и Австрия нашли точки соприкосновения по вопросам внешней политики. Австрию беспокоили противоречия с морскими державами из-за Остендской компании, которая стала главным источником доходов венского двора, и усиление влияния в Германии королей Англии и Пруссии, выступавших в поддержку польских лютеран. России нужна была поддержка Австрии из-за политической изоляции, в которой оказалась страна в результате силовой политики императора Петра, а раздел между Россией и Турцией иранских земель грозил новой войной в Закавказье и на Украине[4].

В 1725 году Австрия заключила Венский союз с Испанией. Это событие вызвало резкое недовольство со стороны Англии, Франции и Пруссии. 23 августа (3 сентября) 1725 года эти страны подписали союзный договор, ставший известным, как Ганноверский союз. Стороны обязались поддерживать религиозный мир и права лютеран в Речи Посполитой, гарантировать неприкосновенность всех владений договаривающихся сторон в Европе и за её пределами, противодействовать возможному вторжению русских войск в Шлезвиг и сформировать вспомогательные корпуса — по 12 000 человек от Франции и Англии и 5 000 человек от Пруссии[5].

Переговоры[ | ]

Президент Придворного Военного Совета генералиссимус принц Евгений Савойский

Образование в Европе антиавстрийского альянса, всерьез обеспокоило императора Карла VI. В середине сентября 1725 года он направил принцу Евгению Савойскому короткое послание: «Не теряя времени начать переговоры с Москвой»[6].

У России тоже появились серьёзные причины активизировать переговоры о союзе: турецкие войска, нарушив положения Константинопольского договора 1724 года, захватили Багдад и Тебриз и развернули наступление на столицу Ирана — Исфахан. Возможное падение Ирана, создавало скорую перспективу нового вторжения Турции в Европу[6]. Русский посланник в Вене Людовик Ланчинский активизировал свои действия. 15 сентября он писал в Петербург: «Был я у здешних министров и представлял им необходимыя злыя следования Его Римско-Цесарскому Величеству и всему христианству от толь ужасного турецких сил умножения, естли они всею Персиею завладеют и дастся им время войной основаться, и того ради предлагал, дабы здешней двор принимал против того меры»[6].

19 (30) сентября русский посол получил условия предполагаемого союза: взаимное присоединение сторон к Стокгольмскому 1724 и Венскому 1725 договорам; взаимная гарантия владений и наследований; распространение рамок оборонительного союза не только на Европу, но и на Турцию. 20 (31) октября вице-канцлер граф Фридрих Карл фон Шёнборн посоветовал Ланчинскому поскорее получить из Петербурга верительные грамоты о полномочиях для заключения союза[7].

1 ноября 1725 года в Санкт-Петербурге секретарь австрийского посольства Николай Себастиан фон Гогенгольц представил канцлеру графу Гавриилу Головкину, вице-канцлеру барону Андрею Остерману и действительному тайному советнику Петру Толстому условия союза. К пунктам, озвученным в Вене добавились артикулы о приглашении к союзу Речи Посполитой и обещании помощи герцогу Голштинскому по возвращению Шлезвига[8]. 12 ноября Гогенгольцу было объявлено, что императрица Екатерина Алексеевна приняла предложение союза, уполномочила на ведение переговоров российского резидента в Вене Ланчинского и велела сообщить условия союза Швеции[8].

1 (12) декабря Ланчинский получил верительную грамоту и 19 декабря был приглашен во дворец принца Евгения Савойского. На встрече присутствовали канцлер граф Филипп Людвиг Венцель фон Зинцендорф, вице-канцлер граф Фридрих Карл фон Щёнборн, президент Придворной палаты (Гофкаммер) граф Гвидо фон Штаремберг, президент Имперского Придворного совета граф Эрнст Фридрих фон Виндишгрец и президент Придворного Военного совета (Гофкриксрата) принц Евгений Савойский, который объявил Ланчинскому, что датой конференции назначается 12 (23) декабря[9].

Великий канцлер граф Гавриил Иванович Головкин

Ланчинский так описывал открытие конференции 23 декабря: «Принц встретил меня в дверях каморы и, правую руку дав, показал место, где сесть за столом, которое было напротив его, принца, а он сидел при камине к дверям плечами в середине стола; по моей правой руке сидели помянутые министры, а по левой — референдари. При входе моем стояли все, а потом вдруг со мной садились на слулах равных»[10]. Ланчинский подал верительные грамоты и «проект, в предложении бывший при министерии господина графа Матвеева, который он (принц) вице-канцлеру отдал». Но внезапно возникло осложнение. Виндишгрец, Зинцендорф и Штаремберг обратили внимание, что верительная грамота не дает полномочий на заключение союза, а говорит только о переговорах. Они предложили начать разговор об условиях союза и ждать присылки другой грамоты. Ланчинский предложил им составить свой проект трактата и связаться со шведским посланником на предмет вовлечения в договор Речи Посполитой, которая находилась в состоянии войны со Швецией. После этого «принц конференцию окончил со словами: начало-де зделано, впредь-де вяще будем сноситься, — и от стола встал, чему и имыя министры последовали». Условия, изложенные на заседании Ланчинским были следующие:

  • дружба и согласие монархов и их наследников;
  • договор о союзе заключается на 30 лет, стороны не собираются ни на кого нападать, но помогают друг другу в случае агрессии против одной из сторон;
  • при нападении на одну из сторон союзник в 4-х месячный срок пытается решить дело миром, а если это не удается, выставляет 15—20 000 человек (1/3 из которых конница). Корпус при желании может быть увеличен до 30 000 человек;
  • помощь оказывается до завершения войны; войска содержатся на деньги того, кто их прислал, и располагают собственной артиллерией: та сторона, которой оказывается помощь, обеспечивает войска провиантом, фуражом и квартирами[11].
Оберстгофканцлер граф Филипп Людвиг фон Зинцендорф

Официальные переговоры были приостановлены, но продолжались консультации со шведским посланником. Задержка отражала борьбу при венском дворе между сторонниками союза с Россией (Евгений Савойский и Щёнборн) и сторонниками восстановления союза с Францией (Зинцендорф и Штаремберг). Кроме того, выяснилось, что новый шведский посланник граф Тессин не имеет полномочий на ведение переговоров[12].

Промедления вызывали неудовольствие вице-канцлера Остермана. В рескрипте Ланчинскому от 8 февраля 1726 года сообщалось: «Усмотрели, что в произшедшей с тобою конференции (23 декабря) в главном деле никаких прогрессов не учинено, что цесарские министры ни о чём явственно себя не открыли, что их учиненные к тебе вопросы, как и твои ответы, больше к продолжению негоциации, нежели к скорейшему щастливому окончанию касаются»[13].

18—21 февраля 1726 года в Петербурге состоялись заседания Верховного тайного совета в составе князя Александра Меншикова, генерал-адмирала графа Фёдора Апраксина, канцлера Гавриила Головкина, графа Петра Толстого, князя Дмитрия Голицына и вице-канцлера барона Андрея Остермана. На заседаниях было оформлено окончательное согласие на союз с Австрией[14]. 23 февраля Ланчинскому были отправлены полномочные грамоты от императрицы Екатерины: «все то, что тако именем Нашим заключено будет, подписывать, экземпляпами размениватьца и все протчее, что потребно, сочинять и исполнять таким пространным и свободным образом, якобы мы сами то присутственно сочинять и исправлять могли. И обнадеживаем и обещаем словом Нашим, что Мы все и каждое, что помянутый Наш камергер (Ланчинский) по силу сего трактовать, сочинять и заключать будет, всяким наилутчим образом ратифицировать, за принять и твердо иметь и все свято и нерушимо седерживать и сполнять будем»[14]. В посланном с грамотами рескрипте излагались условия соглашения:

  • союз против всех «нападателей, и, следовательно, такожде против турок»;
  • император должен оказать помощь герцогу Голштинскому в возвращении Шлезвига;
  • Россия дает помощь против Франции и готова гарантировать целостность всех имперских земель в обмен на такую же гарантию для своих владений[15].

5 (16) марта 1726 года Ланчинский встретился с вице-канцлером графом Щёнборном, который сообщил, что император готов сначала вступить в Стокгольмский союз, а потом обсуждать присоединение России и Швеции к Венскому союзу и готов поддержать секретные пункты касательно Шлезвига. 19 марта Ланчинский получил полномочные грамоты и встретился с принцем Евгением[15].

После этого начались переговоры и консультации австрийских министров по вопросу недостатка полномочий шведского посланника. Ланчинский сообщал императрице Екатерине: «Здешние министры беспрестанно находятся в совете естли не в замке в присутствии самого Его Цесарского Величества, то в доме принца Евгения; а сколько усмотреть мочно, то здешнего двора есть намерение с Вашим Императорским Величеством оной трактат алианции заключить…», принц Евгений интересовался «много ли Вашего Императорского Величества войск имеется в близости к немецким границам, и есть ли довольная при том кавалерия, для того-де, что датчане оною сильны, такожде и о числе линейных кораблей и об екипаже оных, еже значит, что о произведении реституции Слезвика немерение имеют»[15].

22 марта (2 апреля) Ланчинский был принят графом Щёнборном. Вице-канцлер сообщил, что австрийская сторона, опасаясь происков Англии и Франции, решила обсудить проект соглашения в Вене, не отсылая его в Стокгольм. Вечером Ланчинский встретился с шведским посланником графом Тессином, а на следующий день состоялась конференция в доме принца Савойского. На конференции стороны закончили обсуждение условий договора о присоединении Австрии к Стокгольмскому союзу и размеры военной помощи. По последнему вопросу было установлено: 12 000 пехоты и 4000 драгун, 9 линейных кораблей и 3 фрегата от России; 12 000 пехоты, 4000 кавалерии и компенсация за флот от Австрии; 8 000 пехоты и 2 000 кавалерии от Швеции[16].

На конференции Ланчинскому были переданы условия вступления России в Венский союз:

  • установление дружбы и сотрудничества между государями сторон и их наследниками, ведение общих советов, «дабы мир в Европе щастливо установлен и впреди сохранен и содержан был»;
  • присоединение Австрии к Стокгольмскому союзу и Ништадскому миру, России — к Венскому союзу; поддержка Россией императора в коммерческих спорах, объявление войны агрессору, гарантия имперских владений и обязательство не заключать с противником сепаратного мира;
  • гарантия австрийским императором всех российских владений, помощь против агрессора вплоть до объявления войны, обязательство не заключать сепаратного мира, обязательство прекращения торговли с противником какой-либо из союзных держав;
  • сотрудничество послов союзников при иностранных дворах;
  • отказ от укрывательства и помощи мятежникам;
  • формирование вспомогательных корпусов союзников по 30 000 человек, включая 10 000 кавалерии (для России возможность заменить кавалерию на 15 военных кораблей);
  • создание в случае войны общего военного совета;
  • размещение российского флота во всех портах и гаванях Австрии и Испании;
  • приглашение к союзу польского короля;
  • в случае сопротивления со стороны Речи Посполитой, приглашение польского короля как курфюрста саксонского;
  • посредничество союзников по примирению Речи Посполитой и Швеции;
  • помощь со стороны Австрии герцогу Голштинскому в случае его обращений по шлезвигскому делу;
  • открытие договора о присоединении всех желающих в течение года[17];

Договор о присоединении Австрии к Стокгольмскому союзу был подписан 17 (28) апреля 1726 года Людвигом Ланчинским, с одной стороны, принцем Евгением Савойским, графом Зинцендорфом, графом Щёнборном и графом Штаренбергом, с другой стороны[18].

Президент Придворной палаты граф Гвидо фон Штаренберг

Проект русско-австрийского договора, переданный Ланчинскому, 5 мая обсуждался в Петергофе на заседании Верховного тайного совета в присутствии императрицы Екатерины. 16 (27) мая императрица ратифицировали договор от 17 (28) апреля о присоединении Австрии к Стокгольмскому союзу. В тот же день она рассмотрела проект договора о присоединении к Венскому союзу и «все то опробовать соизволила и повелела по тому с цесарским посланником, з графом Рабутиным, в конференции немедленно вступить»[18].

25 мая граф Рабутин обсуждал условия присоединения России к Венскому союзу с вице-канцлером Остерманом. Основная часть пунктов была согласована, но российская сторона отказалась от статей по коммерции и вынесла вопрос по Шлезвигу в отдельную статью. Наибольшие споры вызвали артикулы о действиях против Турции, которые обсуждались на заседании Верховного тайного совета 10 (21) июня. 17 (28) июня Ланчинскому были отправлены рескрипт и инструкция с разъяснением российской позиции: Россия отклоняла артикул о торговле, настаивала на провозглашении гарантий азиатских владений или внесения артикула по Турции[19].

17 (28) июля Ланчинский встретился с принцем Евгением и обменялся ратификационными грамотами о присоединении Австрии к Стокгольмскому союзу. В этот же день начались переговоры по вопросу русского ответа на австрийские предложения по присоединению к Венскому союзу. Ланчинский смог убедить партнеров по переговорам, что Россия не может принять пункт о коммерции, ибо под этот пункт попадает её торговля с Голландией. 25 июля (5 августа) консультации продолжились. Принц Евгений убедил Ланчинского ограничить Casus foederis Европой, Казанью и Астраханью. В секретный пункт по настоянию принца Евгения было включено обязательство Австрии о вступлении в войну в случае нападения Турции на Россию. По словам Ланчинского, принц Евгений сообщил: «Надобно-де российскому двору засвидетельствовать, что цесарь прямо в интересе его приемлет участие»[20]. 26 июля (6 августа) договор был подписан Людовиком Ланчинским, принцем Евгением, графом Филиппом Людвигом фон Зинцендорфом, графом Гвидо фон Штаренбергом и графом Фридрихом Карлом фон Щёнборном:

  • 1-й артикул договора провозглашал вечную дружбу двух стран и совместные усилия по поддержанию мира в Европе;
  • 2-й артикул говорил о присоединении России к испано-австрийскому союзу и обязательстве оказывать помощь Австрии против агрессоров: «наступательную войну объявить и против оного с общего согласия оружием выступить, и с ним мира не учинить и не заключить, разве по поправлению обид и вреда и с совершенного соизволения Его Цесарского Котолического Величества»;
  • 3-й артикул возлагал те же обязательства на Австрию. Кроме этого, император брал на себя «гарантию всех государств, провинций и областей, от Ея Величества Всероссийской в Европе владеемых»;
  • 4-й артикул устанавливал правило взаимных консультаций послов союзников при иностранных дворах, что было новым в дипломатической практике;
  • 5-й артикул обязывал стороны не укрывать мятежников;
  • 6-й артикул определял размер вспомогательных корпусов — по 20 000 пехоты и 10 000 кавалерии с обеих сторон;
  • 7-й артикул говорил о создании общего военного совета в случае войны;
  • 8-й артикул оговаривал размещение российского флота во всех портах и гаванях Австрии и Испании;
  • 9-й — 12-й артикулы касались приглашения Речи Посполитой или Саксонии присоединиться к договору, мира между Швецией и Речью Посполитой, поддержки прав герцога Голштинского.

Секретный пункт предусматривал совместные военные действия против Турции в случае её нападения на Россию[21].

Императрица Екатерина ратифицировала договор 3 сентября. 29 октября в Вене стороны обменялись ратификациями[22].

Значение договора[ | ]

Венский договор 1726 года должен был стать политической программой Австрии и России в сфере внешней политики, поддержания мира в Европе и защиты внешнеполитических интересов союзников[22]. Сторонам пришлось взять на себя обязательства, ограничивающие свободу в международных отношениях. В первую очередь это касалось Австрии, которая косвенно ввязывалась в обеспечение голштинских и персидских интересов русского двора. В ответ Россия привлекалась к обеспечению гарантий Прагматической санкции[23].

Для России значение договора не ограничивалось гарантией Ништадтского мира со стороны одной из сильнейших держав Европы и созданием антитурецкого блока. Политический курс вице-канцлера Остермана, основным звеном которого был русско-австрийский союз, вводил Россию в число ведущих стран Европы. Россия заняла прочное и самостоятельное место в европейской политике[23].

Русско-австрийский альянс дал первые плоды ещё до того, как были подписаны договоры. 11 (22) мая граф Зинцендорф объявил, что архиепископы Майнца, Кёльна и Трира, курфюрсты Пфальца и Баварии изъявили желание присоединиться к Венскому союзу. 11 (22) июня стало известно об отставке первого министра Франции регента герцога Луи де Бурбона. Французский посланник в Вене герцог Ришелье уверял императора, что все неприятности для Австрии исходили исключительно от герцога де Бурбона. Английская эскадра, имевшая приказ топить корабли Остендской компании, беспрепятственно позволила им вернуться из Китая и Америки в австрийские Нидерланды[18].

Союзные отношения России и Австрии поставили в сложное положение Пруссию. По мнению прусского военного министра Фридриха фон Грумбкова, в случае нападения русских войск, поддержанных Саксонией и Австрией из Силезии, Пруссия была бы разгромлена раньше, чем французская армия успела бы пересечь Рейн и вторгнуться в австрийские Нидерланды. В таких условиях, Пруссия вышла из Ганноверского союза и 10 (21) августа заключила союзный договор с Россией, а 1 (12) октября — союзный договор с Австрией, правда, если русско-прусский договор был ратифицирован 3 октября 1726 года, то прусско-австрийский ратифицировали только в 1728 году[24].

Примечания[ | ]

  1. Bagger H. Ruslands alliancepolitik efter freden i Nystad. — København, 1974. — С. 231-232.
  2. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 16.
  3. 1 2 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 20.
  4. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 20-21.
  5. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 21-22.
  6. 1 2 3 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 22.
  7. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 22—23.
  8. 1 2 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 23.
  9. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 23—24.
  10. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 24.
  11. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 24—25.
  12. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 25—26.
  13. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 25.
  14. 1 2 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 26.
  15. 1 2 3 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 27.
  16. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 27—28.
  17. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 28—29.
  18. 1 2 3 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 29.
  19. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 30.
  20. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 31.
  21. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 31—32.
  22. 1 2 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 32.
  23. 1 2 Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 33.
  24. Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — С. 35-36.

Литература[ | ]

  • Нелипович С. Г. Союз двуглавых орлов. Русско-австрийский военный альянс второй четверти XVIII в.. — М.: Объединенная редакция МВД России, Квадрига, 2010. — ISBN 987-5-91791-045-1.
  • Bagger H. Ruslands alliancepolitik efter freden i Nystad. — København, 1974.