Кубинское ханство

Кубинское ханство
азерб. Quba xanlığı, قوبا خان‌لیغی
Safavid Flag.svg
1680 — 1810


Flag of Russia.svg
Khanate of Guba in the Map of Caucasus with the borders 1801-1813.png
Кубинское ханство на карте Кавказского края с обозначением границ 1806 г. Тифлис 1901 г.
Столица Худат[К. 1]
Куба (1735-1806)
Язык(и) официальные:
азербайджанский[1] персидский[2]
другие языки: лезгинский[3]
Религия Ислам
Форма правления Абсолютная монархия

Куби́нское ханство (азерб. Quba xanlığı, قوبا خان‌لیغی, перс. خانات قبه‎, лезг. Къубадин шарвал; 16801810) — феодальное государство, располагавшееся на северо-востоке Азербайджана[4][5] и юга Дагестана[6]. В 1765 году в состав было включёно Дербентское ханство. На западе граничило с Шекинским ханством и дагестанскими феодальным образованиями, на юге с Бакинским и Шемахинским ханствами.

Центр — город Худат, с 1735 года — город Куба́.

Столица[ | ]

Резиденцией кубинских ханов вначале были крепости Худад и Кулахан[7]. По свидетельству автора XVIII века М. Чулкова, Худат являлся многолюдным «изрядным и весёлым», в то время как по другим данным он представлял из себя слободу, где Гусейн-ханом была построена крепость[8].

Согласно И. П. Петрушевскому с 1735 года резиденцией ханов стал вновь основанный город Куба[7]. В заметке, напечатанной в «Кавказском календаре» на 1847 год, однако, приводится иная дата о переводе столицы из Худата в Кубу: «Гусейн Али-хан кубинский в 1747 году перенёс город на то место, где он находился теперь, на левом берегу речки Кудьял»[9]. Куба во второй половине XVIII века была укреплена «восточным способом — стеной, фланкированной башнями»[10]. Один из русских чиновников писал: «Куба лежит на правом берегу Кудьял или Деличая, укреплена Фатали-ханом с трёх сторон рвом и стеной из нежжённого кирпича, а с последней стороны защищается тенистым берегом реки»[10].

История[ | ]

Карта Дагестана в эпоху Ермолова 1818-1826 г. (Кубинская провинция в составе Дагестана)

Династия кубинских ханов происходила из маджалисской ветви кайтагских уцмиев[7]. В результате раздора, младшая енги-кентская ветвь истребила всю старшую маджалисскую, исключая малолетнего Гусейн-хана, которого спас один из его приближённых по имени Айде-бек. Он увёз его к шамхалу, а по достижению своего совершеннолетия Гусейн-хан отправился в Персию. Некоторое время он гостил в сальянском Рудбаре[К. 2] у тамошнего казия и сошёлся браком с его дочерью, которая родила ему девочку, ставшей родоначальницей рудбарских и сальянских султанов[11]. Находясь в Персии, Гусейн-хан женился на уроженке Исфахана[12], дочери богатого вельможи Зухре-ханум из тюркского племени каджар, от брака с которой у них родился сын Ахмед-хан, ставший основателем династии кубинских ханов[11]. Касательно Гусейн-хана, то персидский шах «назначил его кубинским и сальянским ханом»[13]. Скончался он около 1690 года[12]. Его внук Гусейн Али-хан в одном из своих указов называет своих умерших предков «благородными ханами, величайшими султанами, знаменитейшими, правителями»[14]. Один из крупнейших кавказоведов XIX века, лингвист барон П. К. Услар в своё время привёл совсем иную, нетрадиционную версию:

« страна эта в прежние времена управлялась наследственными правителями, более или менее признававшими над собою власть правительства персидского. Резиденцией их было селение Худат; родоначальником династии некто Лезги-Ахмед. По преданию, он был из фамилии уцмиев, переселился в Карчаг, и, потом, в Персию, откуда возвратился в звании правителя края в Худат[15]. »
Азербайджанские ханства, XVIII — начало XIX вв.[16]

В 1711 года в Восточном Кавказе вспыхнуло широкое антииранское восстание дагестанцев и примкнувших к ним местных народностей против шахского владычества, которое приобрело религиозную оболочку борьбы суннитов против шиитов. Отряды одного из предводителей восстания Хаджи-Давуда вступили в Кубинское ханство, осадили и взяли крепость Худат[17]. Кубинский хан Султан-Ахмед-хан, являвшийся мусульманином-шиитом[18], и все члены ханского дома, за исключением одного грудного ребёнка, были убиты[19]. Приверженцам Султан Ахмед-хана удалось спасли его малолетнего сына Гусейн Али-хана. Как сообщает А.Г. Серебров, служившим приставом при Шейх Али-хане в конце XVIII века, Султан Ахмед-хан

...сей отцом, жены своей, кубинским беком Аджи наибом, был убит с намерением присвоить власть его, но в оной не допустил убитого родственник, владелец Сурхай хан казыкумыцкий, а принял правление ханское на себя. У убитого остался сын малолетний, Гусейн Али, который в то несчастное отцу его время взят тайно преданными отца его чиновниками и в деревне Таирджар, в вершинах Самура лежащей, воспитался[20].

П.Г. Бутков видит причину этих событий в том, что Султан Ахмед-хан принадлежал к шиитам, «а тесть его отец жены кубинский бек Аджи-Али к аморовой (т.е. суннитам — прим.), от сего родилось между ними несогласие, то есть тесть убил зятя, а Худат от бунтовщиков разорён и Сурхаем введён в управление сей области»[8].

В 17581789 во главе ханства стоял Фатали-хан (1736—1789), объединивший вокруг Кубинского ханства всю прикаспийскую территорию до Ардебиля на юге: Дербентское, Бакинское, Ширванское ханства.

Фотокопия обязательства, принятого Кубинским ханством в 1782 г. перед Россией, о торговле. Текст обязательства написан на азербайджанском языке с приложением печати кубинского хана[21]

В 1774 году в связи с вторжением кайтагского уцмия и захватом Кубы Фатали-хан был вынужден бежать в Сальяны. В 1775 году посольство Кубинского ханства обратилось к русскому правительству с просьбой о покровительстве. Русские войска, направленные в помощь Фатали-хану, оставались здесь до 1777 года.

С просьбой о помощи к России Фатали-хан обращался и позднее, в 1783 и 1787 гг. В 1787 Фатали-хан заключил с грузинским царём Ираклием II союз, направленный против Ирана.

В 1789 году Фатали-хан умер. Сменившие его сыновья не смогли сохранить прочность созданного их отцом государства. Ханства, подвластные Кубе, стали отделяться. Путешественник Маршалль фон Бибирштейн в конце XVIII века писал о Кубе:

Кубинское ханство заключает в себе часть Ширвана, находящуюся между Рубас и Ата-чаем, т.е. кроме части гор до границ с Лезгистаном, главным образом, прекрасную и плодородную равнину... Оно бесспорно самое лучшее и более населённое из мелких государств Ширвана. Куба, её столица, представляет собой маленький город, укреплённый восточным способом - стеной, фланкированной башнями. Жители этого округа имеют воинственную репутацию[22].

В начале 1790-х годов созданное Фатали-ханом государство окончательно распалось. В 1806 году Кубинское ханство вошло в состав Российской империи. Однако после устранения Шейх Али-хана Куба некоторое время (1808-1810) официально именовалась ханством; ею управлял диван (совет) из четырёх «почетнейших беков», председатель которого Хаджи-бек именовался наибом (наместников)[23]. На него возлагались «внутреннее управление и собирание доходов под ведением штаб-офицеров»[24]. В июле 1809 года по просьбе членов Совета во главе «временного управления» в качестве наиба был поставлен Мирза Мамед-хан (отец известного азербайджанского писателя и учёного Аббас-Кули-Ага Бакиханова). После усмирения в 1810 года волнений в Кубинской провинции, председателем Совета был назначен царский штаб-офицер, являющийся комендантом крепости Кубы[25]. По Гюлистанскому мирному договору 1813 года Персия признала переход Кубинского ханства под власть Российской империи[26].

Государственное устройство[ | ]

Родоначальник рода кубинских ханов Гусейн-хан, находясь в Персии, принял шиитское направление Ислама, вследствие чего кубинские ханы являлись мусульманами-шиитами[27]. В Кубинском ханстве все дела решались духовным судом по шариату[28]. В объяснительной записке к Проекту положения сотрудника МИД Н.В. Ханыкова «о мусульманском духовенстве Алиева учения» от 1849 года давалось описание духовного сословия ханства:

« В суннитских ханствах Закавк. края, большею частью ханы сами управляли духовными лицами, и в одном только Кубинском ханстве был верховный кадий, власти коего, хотя очень непрочно, подчинялись все приходские муллы и от коего зависело возводить их в высшие духовные должности; он же был в то же время главный судья в ханстве и назначал с утверждения хана известных ему лиц в должности местных кадиев; вместе с тем он имел в своём заведывании все мечети и молельни ханства, располагал церковными доходами и расходами, давал окончательные судебные приговоры и наказывал сам духовных за маловажные преступления, обращаясь в более важных случаях с просьбою о том к хану. Шиитское духовенство Кубинского ханства иногда имело своего отдельного начальника, пользовавшегося правами и преимуществами суннитского верховного кадия, большею же частью зависело от сего последнего, что немало способствовало к увеличению вражды между последователями обеих сект, из коих слабейшие, т.е. шииты, должны были подчиняться решению духовного начальника сильнейших[29]. »

Зависимость кубинских ханов от центральной власти Ирана была чаще всего номинальной[13]. Хан обладал высшей законодательной, судебной и исполнительной властью. Характеризуя кубинского хана, И. Березин писал, что это было «лицо совершенно самовластное... он мог, никого не спрашиваясь и никому не давая отчета, казнить и миловать, гнать и жаловать всех и каждого без различия званий. Хан сосредоточивал в своих руках всю исполнительную и судебную власть, даже по делам, подлежащим суждению «шариата» духовного закона»[30]. В ханстве имелся диван или совет хана, являвшийся совещательным органом, созываемый ханом[30]. Среди ханских сановников первым лицом считался визирь. Расходной частью ханской казны ведал «хазинэ агаси». Ближайшими помощниками хана были главные назиры. Финансовое ведомство, как и в других ханствах, возглавлял сановник, называемый «серкер-али». Личным хозяйством хана управлял «эшиг-агаси». В Кубинском ханстве на «эшиг-агаси» также возлагалась охрана торговых путей и строительство караван-сараев[31].

В административном отношении Кубинское ханство было разделено на семь магалов: Кубинский, Руставский, Будугский (азерб.), Хиналугский (азерб.), Бармакский, Мишкурский, Сааданский[32]. В составе Кубинского ханства хиналугский магал (с. Хыналыг, крызские сёла и азербайджанское с. Калеи-Худат) находился со второй половины XVIII века. Документ от 1810 года сообщает о следующих социальных категориях в хиналугском магале: бек (магальный наиб, назначавшийся ханом), 6 ахундов, 6 мулл, 5 юзбашей и 19 нукеров[33].

Экономика[ | ]

В Кубинском ханстве выделывалось большое количество разнообразного оружия[34]. В деревнях Ерфи и Кулых, в частности, изготовляли сабли, кинжалы и пр.[35]. Широко было развито товарное земледелие и ковроткачество. Значительная часть из производимых в домах крестьянок ковров поступала на продажу или на рынок, или в виде налогов[34]. В ханстве выращивались гранаты, миндаль, инжир, слива, яблоки, груши, виноград, арбузы, дыни и пр.; также культивировался шафран[36].

Кубинское ханство поддерживало тесные торгово-экономические связи с ближайшими соседями. Оно экспортировало в Россию марену и ковры; в Баку привозилась пшеница, ячмень, марена, ковры, суконные шали, дрова и строительные материалы[37]. Из Баку и Дербента в ханство ввозились соль и нефть, из Шеки и Шемахи различные ткани, из России и Мазандарана — железо, из лезгинского селения Куруш (на территории нынешнего Дагестана) — свинец, из Тбилиси — медь и т. д.[38].

Население[ | ]

Численность[ | ]

По свидетельству Маршалла фон Биберштейна Кубинское ханство было «бесспорно самым лучшим и наиболее населённым»[39]. В середине XVIII века в Кубинском ханстве (без Сальяна) насчитывалось немногим более 100 селений с 30 тыс. жителей[40]. Ф.Ф. Симонович сообщает о наличии в ханстве в 1796 году 288 деревень с общим числом 6425 домов[41]. Касаясь Кубы, то он писал, что в городе было 600 домов, в то время как в рапорте В.А. Зубова от того же года говорится, что в Кубе насчитывалось до 2000 домов и 7000 жителей[42]. По данным И.П. Петрушевского, в Кубинском ханстве на 1796 год (без Дербента, Сальяна и других владений) числилось уже 252 селения и до 60 тыс. жителей[40].

Этнический состав[ | ]

В Кубинском ханстве был довольно пёстрый этнический состав. По своему географическому положению оно делилось на равнинную и горную части. В равнинной части преобладали азербайджанцы и таты, а в горной части жили лезгины, а также хыналыгцы, крызы, будуги, удины[43].

По сообщению российского историка, академика Н. Ф. Дубровина во всех ханствах преобладающим населением являлись азербайджанцы[44]. Ф. Ф. Симонович писал: «Народ Кубинского владения происходит с дербентским от одних поколений и секты Алиевой, изъемля Юхарибаш и Кубинский Дагестан, причисляющих к дагестанским татарам, исповедующим магометанскую веру секты Алиевой и Сунинской»[45].

При Фатали-хане в Кубинкое ханство на постоянное местожительство переселялись значительные группы крестьян, ремесленников и даже некоторые феодалы из Гиляна, Ардебиля, Мугани и других местностей[46]. Например, после покорения Сальянов в 1759 году, Фатали-хан переселил в ханство из Муганской степи несколько шахсевенов[47]. В одном из источников есть следующее о шахсевенах: «Шайсевен Таваби Магомед-хан... с народом своим шайсевеном поселился из Ердевиля с позволения Фатали-хана в Шабране и Мускюре, составляя следующие деревни: Баиндурли, Чаемагли, Хисун, Чагатай, Хайдчили, Кормандали, Гебели, Устадчали, Кеуладаели и другие, с их кроме положенной своему господину и Кубинскому хану собирается подать»[46]. По сообщению русского офицера Сереброва в эпоху правления Фатали-хана население Кубинского ханство увеличилось за счёт переселенцев из Персии (южных азербайджанских ханств)[46].

Советско-российский востоковед А. П. Новосельцев, касаясь личности Фатали-хана, писал, что «основная часть его подданных была представлена лезгинами и прочими дагестанскими народами, да и главной его резиденцией был Дербент. Современник событий Абул-Хасан Голестане писал, что у Фатх-Али-хана на службе состояло 10 тыс. туфенгчи из «лезгинских молодцов» (джаванан-е лазги)»[48]. Дагестанский историк-этнограф С. С. Агаширинова, являющаяся лезгинкой по происхождению[49], наоборот, указывает, что лезгины не были в ханстве преобладающей по численности народностью[50]. Другой дагестанский автор С. О. Хан-Магомедов также отмечал, что ханство по своему составу не было чисто лезгинским, а сами лезгины не являлись здесь главенствующим народом[51].

В селение Карачи (англ.) проживали цыгане, а в селениях Кальвар и Хачмаз — армяне[44]. В 1739 году в Кубинское и Дербентское ханства была переведена небольшая группа тюркоязычного племени сор-сор (или сур-сур)[52].

В Кубинском ханстве имелась крупная община горских евреев. По свидетельству академика С.Г. Гмелина, на окраинах Кубы жили евреи [таты], занимавшиеся в основном торговлей: «По ту сторону реки.. находится пространная слобода, в которой по большой части живут только одни жиды. По сю сторону близ города есть несколько армянских изб»[53]. В первой половине XVIII века во время военной кампанией Надир-шаха в Восточном Кавказе еврейскому населению был нанесён значительный ущерб. Захватив в 1731 году селение Кусары, он обратил всех оставшихся евреев в ислам[54]. В ходе нашествия Надир-шаха были разрушены или уничтожены несколько поселений горских евреев. Спасшиеся от разгрома, они поселились в Кубе́ под покровительством Гусейн Али-хана[55]. В 1799 (или 1797) году оставшиеся в живых после погрома, учинённого Сурхаем-ханом Казыкумухским, в Дербент переселились евреи Аба-Сова[56].

Список кубинских ханов[ | ]

Примечания[ | ]

Комментарии[ | ]

  1. В Азербайджане существуют несколько населённых пунктов с таким названием: с. Кёхне-Худат (англ.) и Кёхне-Худат Казмалар (англ.) в Кусарском районе; с. Кёхне-Худат (англ.) и город Худат в Хачмасском районе, а также с. Келей-Худат (англ.) в Кубинском районе.
  2. Рудбари — округ в Сальянском султанате. Под таким названием известны город и ряд деревень в Иране, а также одно из селений Мерва, около Джиранджа.

Источники[ | ]

  1. Сумбатзаде А. С. Азербайджанцы, этногенез и формирование народа. — "Элм", 1990. — С. 263-264. — ISBN 5806601773, 9785806601774.
  2. Петрушевский И. П. Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв // Восточный Научно-Исследовательский Институт. — Ленинград: ЛГУ им. Жданова, 1949. — С. 7.
  3. ИОГАНН ГУСТАВ ГЕРБЕР ЗАПИСКИ О НАХОДЯЩИХСЯ НА ЗАПАДНОМ БЕРЕГУ КАСПИЙСКОГО МОРЯ, МЕЖДУ АСТРАХАНЬЮ И РЕКОЮ КУРА НАРОДАХ И ЗЕМЛЯХ И ОБ ИХ СОСТОЯНИИ В 1728 ГОДУ
  4. Левиатов В. Н. Очерки из истории Азербайджана в XVIII веке. — Баку: Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1948. — С. 144.
  5. Tadeusz Swietochowski, Brian C. Collins. Historical Dictionary of Azerbaijan. — Scarecrow Press, 1999. — С. 76. — 145 с. — ISBN 0-8108-3550-9.
  6. СИМОНОВИЧ Ф. Ф. ОПИСАНИЕ ЮЖНОГО ДАГЕСТАНА 1796 г.
  7. 1 2 3 И.П. Петрушевский. Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв // Восточный Научно-Исследовательский Институт. — Ленинград: ЛГУ им. Жданова, 1949. — С. 140.
  8. 1 2 Абдуллаев Г. Б. Азербайджан в XVIII веке и взаимоотношения его с Россией. — Баку: Изд-во Академии наук Азербайджанской ССР, 1965. — С. 191.
  9. Абдуллаев Г. Б. Азербайджан в XVIII веке и взаимоотношения его с Россией. — Баку: Изд-во Академии наук Азербайджанской ССР, 1965. — С. 192.
  10. 1 2 Абдуллаев, 1958, с. 18.
  11. 1 2 Бакиханов А. Гюлистан-и Ирам. — Баку: Элм, 1991. — С. 121-122. — ISBN 5-8066-0236-2.
  12. 1 2 Родословная таблица Кубинских ханов // Акты, собранные Кавказской археографической комиссией. — Тифлис, 1875. — Т. VI, ч.II. — С. 907.
  13. 1 2 Рамазанов Х. Х., Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. — Махачкала: Дагестанский филиал Академии наук СССР, 1964. — С. 102.
  14. Левиатов В. Н. Очерки из истории Азербайджана в XVIII веке. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1948. — С. 128.
  15. Услар П. К. Этнография Кавказа. Языкознание. Кюринский язык. — Тифлис: Издание Управления Кавказского учебного округа, 1896. — Т. 6. — С. 6.
  16. «In Safavi times, Azerbaijan was applied to all the muslim-ruled khanates of the eastern Caucasian as well as to the area south of the Araz River as fas as the Qezel Uzan River, the latter region being approximately the same as the modern Iranian ostans of East and West Azerbaijan.» Muriel Atkin, Russia and Iran, 1780—1828. 2nd. ed. Minneapolis: University of Minnesota Press Press, 2008, ISBN 0-521-58336-5
  17. Очерки истории СССР: Период феодализма. Россия во второй четверти XVIII в. Народы СССР в первой половине XVIII в. — М.: Издательство Академии наук СССР, 1957. — С. 700.
  18. Петрушевский И. П. Очерки по истории феодальных отношений в Азербайджане и Армении в XVI — начале XIX вв.. — Ленинград: ЛГУ им. Жданова, 1949. — С. 333.
  19. Рамазанов Х. Х., Шихсаидов А. Р. Очерки истории Южного Дагестана. — Махачкала: Дагестанский филиал Академии наук СССР, 1964. — С. 172.
  20. Серебров А. Г. Историко-этнографическое описание Дагестана. 1796 г. // История, география и этнография Дагестана XVIII-XIX вв: архивные материалы / М.О. Косвен, Х-М. Хашаев. — М.: Изд. Восточной литературы, 1958. — С. 182.
  21. Абдуллаев, 1958, с. 103-104.
  22. Левиатов В. Н. Очерки из истории Азербайджана в XVIII веке. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1948. — С. 129.
  23. Колониальная политика российского царизма в Азербайджане в 20-60-х гг. XIX в. — Изд-во Академии наук СССР, 1936. — Т. 1. — С. 8-9.
  24. Мильман А. Ш. Политический строй Азербайджана в XIX-начале XX веков: административный аппарат и суд, формы и методы колониального управления. — Азербайджанское гос. изд-во, 1966. — С. 63.
  25. Сумбатзаде А. С. Кубинское восстание 1837 г. — Баку: Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1961. — С. 9.
  26. Гюлистанский мирный договор. ХРОНОС. Архивировано 14 января 2013 года.
  27. Бакиханов А. Гюлистан-и Ирам. — Баку: Элм, 1991. — С. 123. — ISBN 5-8066-0236-2.
  28. Ханство Дагестана и ханство Закавказья // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1890—1907.
  29. Колониальная политика российского царизма в Азербайджане в 20-60-х гг. XIX в. — Изд-во Академии наук СССР, 1936. — Т. 2. — С. 370-371.
  30. 1 2 Мильман А. Ш. Политический строй Азербайджана в XIX-начале XX веков: административный аппарат и суд, формы и методы колониального управления. — Азербайджанское гос. изд-во, 1966. — С. 40.
  31. Мильман А. Ш. Политический строй Азербайджана в XIX-начале XX веков: административный аппарат и суд, формы и методы колониального управления. — Азербайджанское гос. изд-во, 1966. — С. 41.
  32. Мильман А. Ш. Политический строй Азербайджана в XIX-начале XX веков: административный аппарат и суд, формы и методы колониального управления. — Азербайджанское гос. изд-во, 1966. — С. 44.
  33. Волкова Н. Г. Хыналыг // Кавказский этнографический сборник. — М.: Наука, 1980. — Т. 7. — С. 43.
  34. 1 2 Левиатов В. Н. Очерки из истории Азербайджана в XVIII веке. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1948. — С. 54.
  35. Мустафаев Дж. Северные ханства Азербайджана и Россия: конец XVIII-начало XIX в. — Элм, 1989. — С. 20.
  36. Мустафаев Дж. Северные ханства Азербайджана и Россия: конец XVIII-начало XIX в. — Элм, 1989. — С. 18.
  37. Мустафаев Дж. Северные ханства Азербайджана и Россия: конец XVIII-начало XIX в. — Элм, 1989. — С. 21, 53.
  38. История Азербайджана. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1958. — Т. 1. — С. 366.
  39. История Азербайджана. — Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1958. — Т. 1. — С. 364.
  40. 1 2 Очерки истории СССР: период феодализма. Россия во второй половине XVIII века. — М.: Изд-во Академии наук СССР, 1956. — С. 761.
  41. Сумбатзаде А. Кубинское восстание 1837 г. — Баку: Изд-во АН Азербайджанской ССР, 1961. — С. 11.
  42. Мустафаев Дж. Северные ханства Азербайджана и Россия: конец XVIII-начало XIX в. — Элм, 1989. — С. 23.
  43. Ихилов М. М. Народности лезгинской группы: этнографическое исследование прошлого и настоящего лезгин, табасаранцев, рутулов, цахуров, агулов. — Махачкала: Дагестанский филиал Академии наук СССР, 1967. — С. 74.
  44. 1 2 Дубровин Н. Ф. История войны и владычество русских на Кавказе. Очерк Кавказа и народов его населяющих: Закавказье. — СПб., 1871. — Т. 1, книга 2. — С. 328.
  45. Историческая география Дагестана, XVII — нач. XIX в: Историческая география Южного Дагестана. — Махачкала, 2001. — С. 122.
  46. 1 2 3 Абдуллаев, 1958, с. 17.
  47. Бутков П. Г. Материалы для новой истории Кавказа съ 1722 по 1803 годъ. Ч. 1. — Санкт-Петербург, 1869. — С. 249.
  48. История Востока. Т. III. Восток на рубеже средневековья и нового времени. XVI—XVIII вв. М.: «Восточная литература» РАН, 2000. С. 444:
  49. Сергеева Г. А. Положение женщины в дореволюционном и советском Дагестане // Кавказский этнографический сборник. — М.: Изд-во АН СССР, 1969. — Т. 4. — С. 143.
  50. Агаширинова С. С. Материальная культура лезгин XIX-начало XX в. — Наука, 1978. — С. 3.
  51. Хан-Магомедов С. О. Лезгинское народное зодчество. — М.: Наука, 1969. — С. 12.
  52. Агаев Г. Д. Данные этнотопонимии о расселении тюркоязычных племён в Азербайджане XI-XV вв. // Этническая ономастика. — Наука, 1984. — С. 149.
  53. Абдуллаев Г. Б. Азербайджан в XVIII веке и взаимоотношения его с Россией. — Баку: Изд-во Академии наук Азербайджанской ССР, 1965. — С. 195.
  54. Российская еврейская энциклопедия. — Российская академия естественных наук. — Т. 5. — С. 248.
  55. ГО́РСКИЕ ЕВРЕ́И (рус.), Электронная еврейская энциклопедия (08.03.2004).
  56. Дербент // Еврейская энциклопедия Брокгауза и Ефрона. — СПб., 1908—1913.

Литература[ | ]

  • Абдуллаев Г. Б. Из истории Северо-Восточного Азербайджана в 60-80-х гг. XVIII в.. — Б.: Издательство Академии наук Азербайджанской ССР, 1958. — 212 с.</ref>